Кристина Крюкова

Кристина Крюкова

Четвёртое измерение № 24 (480) от 21 августа 2019 г.

Подборка: Посмотри над собой

Посмотри над собой

 

Посмотри над собой,

Ты увидишь бездонное, вечное нечто,

С вереницами меди из ярких и тусклых огней,

Где медведи веками пасутся беспечно,

А у млечной реки полубоги купают крылатых коней.

Абсолют и химера

Сакрально сплелись в том мистическом крае,

И божественной мерой отмечено всё: от начала времён до конца.

Мне не страшно исчезнуть,

Я тихо, безмолвно сгораю,

Как сгорает печальный Поллукс в голове Близнеца.

Вот уж полночь, конец сентября. Урожаем

Собираю я звёздный, холодный, туманный эфир.

И шепчу лишь одно:

– О, Создатель, ты неподражаем!!!

Как постичь твой великий, таинственный, сказочный мир!?

 

То был не снег

 

То был не снег... На косогор и ели,

Под лунным светом, в сумерках времён,

Спускались нити кружевной метели –

Кристаллов переплёт и перезвон,

Короткое и дивное звучанье

От Райских врат до куполов. Как знать,

Возможно, это тайное венчанье

Вписал ноябрь в приходскую тетрадь?

Кольцом, сильнее стали, приковал он

Меня к тебе, мой невесомый друг.

Аркадия обещана тем малым,

Кто погибает от касанья рук,

Ведь ты, снежинка, баловень погоды,

Столь ветрено, от холода к теплу,

Витальной обречённостью природы

Ведёшь меня по хрупкому стеклу.

Быть может, оттого я растворяюсь

В шипящий, ускользающий прибой,

Я исчезаю... Люди, озираясь,

Услышат только голос меж собой...

 

Музыкант

 

Э. Артемьеву

 

Когда из нот, рассеянных в пространстве,

Ты создавал мелодии небес,

Пылал восток в немом непостоянстве,

Ронял покровы побеждённый лес.

 

Собрав всю скорбь, алхимик обречённый,

Ты горьких слёз в семиполосный храм

Влил океан, идеей увлечённый

Созданья музыки. Её ветрам

 

Служил как Кифаред, презрев свободу,

Парил как гриф над бездной чёрных нот,

Богам молился, в норы небосвода

Нырял вслепую за мечтой, как крот.

 

И вот на пик звучания вселенной

Взобрался ты уступчатой грядой,

Тебе огонь явился сокровенный,

И разделилась твердь земли с водой.

 

И вскрылась скорлупа лепного свода,

И потекла из грубых век смола,

Созвучьями наполнилась природа

И нас в свои объятья приняла.

 

Последний бал

 

Царственные клёны непреклонны,

Но и с них, в зените октября,

Лист летит, и голые колонны

Съёжились над вязью янтаря.

Бал последний открывает осень,

Закружили вальсы тополя,

Сквозь тугие ветви – неба просинь

Озарила тусклые поля.

Радуйтесь, ликуйте, пейте вина!

Все грехи потом отпустит снег.

Близится декада карантина –

Время белых снов и сладких нег.

Падай, лист, кружись самозабвенно!

У прудов, на вечных сквозняках,

Ты один со мною откровенно

Говоришь всерьёз о пустяках.

Оттого-то я тебя, сердечный,

Не пускаю с ветром улететь...

Это время слишком скоротечно –

Даже оглянуться не успеть.

 

Иди за мной

 

В дубовых рощах – там мои покои,

Я гасну в пыльных склепах городов,

И оттого цветут мои левкои

В таинственных мирах ночных садов.

Ты плакал, помнится, я уходила

И, на запястья тонкие глядя,

Так странно превращался мой Аттила

Из воина бесстрашного в дитя.

О, эти муки расставаний дики,

Всё выжигают в раненой груди!

Оплакивай кончину Эвридики,

Оплакивай, Орфей, но возроди...

И ты, мой милый брат, мой друг, любовник,

Иди за мной испить мои уста,

Чутьём оленя, через злой шиповник,

Каймой резного чайного листа,

Туда, где дуб венчает Розой Мира,

Где льёт вино из древних мандрагор,

В плену мерцаний звёздного эфира

Плести беззвучно вечный разговор.

 

Мой светлый друг

 

Мой светлый друг, твой одинокий гений

Поёт тоску дождливой полутьме,

И, переполнен дивных откровений,

Трубит рожком в предутренней сурьме.

Из вод твоих напиться невозможно,

Они мерцают у святых садов,

И лишь стекают капли осторожно

Слезой поэзы в венчики цветов.

В полутонах ты видишь краски света,

В багряных яблоках – огонь весны,

И рвутся в небо, требуя ответа,

Твои земные радужные сны.

 

Май

 

Нынче солнце сквозь лёгкую дымку

Нагоняет тепличный мор...

Повяжу я себе косынку,

Треугольный простой убор.

В сарафанчик из лёгкого ситца

Обернусь, как в листву сирень,

Я – охотник на души и лица,

Если только не мучит мигрень.

Босиком по московским бульварам

Пробегусь, как цветущий май,

Собирая улыбки даром

И дворняжек потешный лай...

 

Водоворот

 

Лилась вода меж островков несъеденных,

По переулкам, с кровель гибких,

Из парка рвался в час обеденный

С кислинкой запах почек липких.

Свистели птахи под окном печальные,

Рождая дружный детский хор,

От грома дребезжали ложки чайные,

И чуть поскрипывал забор.

Клубился пар, и в воздухе взъерошенном,

Достигнувши второго состоянья,

Вновь собиралися горошины

Воды, как слезы покаянья.

 

Орион

 

Октябрь, первый снег, и я стою одна

Под властным покровительством Титана.

И с удивленьем смотрит глубина

На Бетельгейзе – око великана!

Мистический, парящий Орион

Пришёл ты, как всегда, к своей невесте.

Таков у нас незыблемый закон,

Что зимы мы с тобой проводим вместе.

Я с детства полюбила твой размах!

Среди героев ты был лучший воин!

Как буквоед, в астрономических томах

Читала мифы о тебе, но будь спокоен:

– Ты всех живых реальнее, я знаю:

Вот в прошлый год, когда наш клён опал,

Да и годами раньше, вспоминаю:

Ты на свиданье никогда не опоздал.

И всякий раз, куда б я ни спешила,

Ты поднимал меня тихонько в небеса.

С тех пор я знаю Альфу и Ахилла

И тайны всех миров и чудеса!

Он приходил и к вам, должно быть, сотни раз.

И вы смотрели на него заворожённо,

Не отводя от неба жадных глаз,

Когда в тоске дрожало тело напряжённо.

Я верю, каждый задавал себе вопрос:

– Кто поместил на бархате Вселенной

Всю эту кладовую вечных звёзд?

А наша жизнь им кажется мгновенной…

 

Гореть

 

Священный стерх срывается с гнезда,

Влечёт меня в заоблачные дали.

Скажите, вы когда-нибудь видали,

Как гибнет одинокая звезда?

Саму себя, нисколько не жалея,

Вселенной расплескала словно в дар.

И миллионы лет потом над нею

Пылает возрождения пожар!

И ты подобен будь светилам жарким,

Не предавай Божественной души!

Гори огнём живительным и ярким!

Дари себя, люби, твори, дыши!