Кондратий Рылеев

Кондратий Рылеев

Кто этот дивный великан, 
Одеян светлою бронею, 
Чело покойно, стройный стан, 
И весь сияет красотою? 
Кто сей, украшенный венком, 
С мечом, весами и щитом, 
Презрев врагов и горделивость, 
Стоит гранитною скалой 
И давит сильною пятой 
Коварную несправедливость? 
  
Не ты ль, о мужество граждан, 
Неколебимых, благородных, 
Не ты ли гений древних стран, 
Не ты ли сила душ свободных, 
О доблесть, дар благих небес, 
Героев мать, вина чудес, 
Не ты ль прославила Катонов, 
От Каталины Рим спасла 
И в наши дни всегда была 
Опорой твердою законов. 
  
Одушевленные тобой, 
Презрев врагов, презрев обиды, 
От бед спасали край родной, 
Сияя славой, Аристиды; 
В изгнании, в чужих краях 
Не погасали в их сердцах 
Любовь к общественному благу, 
Любовь к согражданам своим: 
Они благотворили им 
И там, на стыд ареопагу. 
  
Ты, ты, которая везде 
Была народных благ порукой; 
Которой славны на суде 
И Панин наш и Долгорукой: 
Один, как твердый страж добра, 
Дерзал оспоривать Петра; 
Другой, презревши гнев судьбины 
И вопль и клевету врагов, 
Совет опровергал льстецов 
И был столпом Екатерины. 
  
Велик, кто честь в боях снискал 
И, страхом став для чуждых воев, 
К своим знаменам приковал 
Победу, спутницу героев! 
Отчизны щит, гроза врагов, 
Он достояние веков; 
Певцов возвышенные звуки 
Прославят подвиги вождя, 
И, юношам об них твердя, 
В восторге затрепещут внуки. 
  
Как полная луна порой, 
Покрыта облаками ночи, 
Пробьет внезапно мрак густой 
И путникам заблещет в очи - 
Так будет вождь, сквозь мрак времен, 
Сиять для будущих племен; 
Но подвиг воина гигантский 
И стыд сраженных им врагов 
В суде ума, в суде веков - 
Ничто пред доблестью гражданской. 
  
Где славных не было вождей, 
К вреду законов и свободы? 
От древних лет до наших дней 
Гордились ими все народы; 
Под их убийственным мечом 
Везде лилася кровь ручьем. 
Увы, Аттил, Наполеонов 
Зрел каждый век своей чредой: 
Они являлися толпой... 
Но много ль было Цицеронов?.. 
  
Лишь Рим, вселенной властелин, 
Сей край свободы и законов, 
Возмог произвести один 
И Брутов двух и двух Катонов. 
Но нам ли унывать душой, 
Когда еще в стране родной, 
Один из дивных исполинов 
Екатерины славных дней, 
Средь сонма избранных мужей 
В совете бодрствует Мордвинов? 
  
О, так, сограждане, не нам 
В наш век роптать на провиденье - 
Благодаренье небесам 
За их святое снисхожденье! 
От них, для блага русских стран, 
Муж добродетельный нам дан; 
Уже полвека он Россию 
Гражданским мужеством дивит; 
Вотще коварство вкруг шипит - 
Он наступил ему на выю. 
  
Вотще неправый глас страстей 
И с злобой зависть, козни строя, 
В безумной дерзости своей 
Чернят деяния героя. 
Он тверд, покоен, невредим, 
С презрением внимая им, 
Души возвышенной свободу 
Хранит в советах и суде 
И гордым мужеством везде 
Подпорой власти и народу. 
  
Так в грозной красоте стоит 
Седой Эльбрус в тумане мглистом: 
Вкруг буря, град, и гром гремит, 
И ветр в ущельях воет с свистом, 
Внизу несутся облака, 
Шумят ручьи, ревет река; 
Но тщетны дерзкие порывы: 
Эльбрус, кавказских гор краса, 
Невозмутим, под небеса 
Возносит верх свой горделивый. 
  
          1823


Популярные стихи

Арсений Тарковский
Арсений Тарковский «Вещи»
Николай Рубцов
Николай Рубцов «Памяти матери»
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «На смерть друга»
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Помните!»
Даниил Хармс
Даниил Хармс «Очень страшная история»