Иван Зеленцов

Иван Зеленцов

1. 
Давно, на птичьих маленьких правах 
весенних лет, когда во сне – леталось, 
но каждый шаг зелёнкою пропах, 
а в чудо легче верилось, чем в 
     старость, 
мечта была стрелой. Натянешь лук, 
пройдёшь по краю шервудского леса, 
отпустишь, и – за тридевять разлук 
убит дракон, похищена принцесса... 
  
Когда топили истину в вине 
и белый свет, что твой кефир с 
     похмелья, 
глотали жадно, на абсентном дне 
и жжёный сахар мнился карамелью, 
и потому продрогшие рубли 
руками греть и в грязь не падать духом 
(уж если не директором Земли 
судьба назначит, то хотя б – главбухом) 
мы научились. Не считать потерь, 
не верить, не просить, стоять в 
     сторонке 
когда кого-то бьют... 
  
Ну а теперь, 
пытаясь выжить в их безумной гонке, 
на этой трассе (сколько ни кружись, 
на скорость мысли умножая почерк) 
я, как и ты, не вписываюсь в жизнь, 
и оттого – на виражах – заносчив, 
не догоняя время, что ползёт 
ползёт и лжёт, и прячет шею в 
     панцирь... 
...Куда нас так с тобою не везёт, 
танцор на битых стёклах, ДК-дансер?! 
  
2.  
Весь этот мир – божественный чертёж, 
где каждый штрих другим уравновешен, 
реальный морок, искренняя ложь 
и косточки любви внутри черешен 
добра и зла. Петляет вверх и вниз 
из ниоткуда – в никуда дорога... 
  
...Весь этот мир уместит чистый лист. 
Взгляни в него – и ты увидишь Бога. 
Так на пустой доске – любой гамбит, 
Так тишина колоколам созвучна... 
...А знаешь, я подумал: Богом быть, 
наверное, не трудно. Просто скучно. 
  
Отчасти он подобен той звезде, 
что дарит свет, хотя давно погасла, 
ведь для того, кто вечность и везде, 
не только жест – любая мысль напрасна 
и, будучи известной наперёд, 
теряет всякий смысл. Но, может статься, 
есть путь, которым он осознаёт 
себя, один единственный – рождаться 
(в ушко иглы нашёптывая нить) 
в тебе, во мне, в любом из нас, в 
     попытке 
в сознании людей овеществить 
себя – от всей Вселенной до улитки. 
  
Творение – осознанный отказ 
Как от всевластья, равного бессилью, 
так и всезнанья. Просыпаясь в нас, 
песком сомнений, золотистой пылью 
и, прорастив весь мир сквозь пустоту, 
как собственный побег от идеала, 
Господь сродни молочному листу 
и тишине, ни много и ни мало. 
  
3. 
И счастье в том, мой друг, что счастья 
     нет. 
Являясь нехватающей запчастью 
души, нас гонит по ухабам бед 
и в зеркалах маячит ежечасно, 
как некий вечный двигатель, исстарь 
ревёт о жизни, и сама дорога – 
оно и есть. Как мыслящая тварь – 
глаза и слух слепоглухого Бога.


Популярные стихи

Константин Симонов
Константин Симонов «Первая любовь»
Геннадий Шпаликов
Геннадий Шпаликов «Не принимай во мне участья»
Андрей Дементьев
Андрей Дементьев «У могилы Н. Н. Пушкиной»
Андрей Макаревич
Андрей Макаревич «И. Иртеньеву»