Ирина Валерина

Ирина Валерина

Я стою на коленях не больше пяти минут, 
поскольку мне незачем беспокоить 
     Всевышнего, 
а земной мужчина, как правило, 
укладывается в среднестатистическую 
     норму. 
Теперь, когда мозг читателя мыслью 
     подмётною взорван, 
мы можем поговорить о зелёной вишенке, 
дополняющей «Дайкири» до обязательного 
     атрибута дольче вита, 
о непонимании двух людей, обитающих в 
     ареале общего алфавита, 
о терпком вине, о вменённой вине, об 
     одном неотпущенном дне, 
о поставленной точке, из которой мы все 
     вышли: 
кистепёрыми, клыкастыми, оголёнными, 
     лишними. 
Видишь, как много тем для разговора обо 
     всём хорошем? 
Из плохого: ты по-прежнему снишься мне, 
и в момент пробуждения мой сердечный 
     ритм равняется ста двадцати 
ударам в минуту.  
Если их умножить на пять, я смогу 
     узнать 
твои тайные мысли, потому что явные – 
     уже налицо. 
Остынь. 
Провокация  – это стиль, 
посему – в утиль, 
заношенный образ душит. 
Так, юная дурочка, гордившаяся кольцом, 
помудрев, избавляется от побрякушек. 
 
Первая половина жизни, казавшаяся 
     бесконечной, 
толкает в плечи, гонит куда-то, 
гарантирует обезличенного адвоката, 
который и на Страшном суде попробует 
     оправдать, 
если я, разумеется, открою секрет 
     алхимической трансмутации. 
Пустое. 
Нервы натянуты. 
Давай ни о чём молчать. 
Я буду на палец накручивать прядь, 
из-под ненадёжной брони ледяного 
     панциря 
глазами потемневшими наблюдать, 
как мучительно долго они текут, 
как преступно быстро они бегут, 
как ласкают, гладят, терзают, жгут 
невозможные пять минут...


Популярные стихи

Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «За тобой через года»
Валентин Берестов
Валентин Берестов «Любили тебя без особых причин...»
Борис Поплавский
Борис Поплавский «Чёрная мадонна»