Иосиф Бродский

Иосиф Бродский

Джироламо Марчелло 
  
Солнце садится, и бар на углу закрылся. 
  
Фонари загораются, точно глаза актриса 
окаймляет лиловой краской для красоты и 
     жути. 
  
И головная боль опускается на парашюте 
в затылок врага в мостовой шинели. 
  
И голуби на фронтоне дворца Минелли 
ебутся в последних лучах заката, 
  
не обращая внимания, как когда-то 
наши предки угрюмые в допотопных 
обстоятельствах, на себе подобных. 
  
Удары колокола с колокольни, 
пустившей в венецианском небе корни, 
  
точно падающие, не достигая 
почвы, плоды. Если есть другая 
  
жизнь, кто-то в ней занят сбором 
этих вещей. Полагаю, в скором 
  
времени я это выясню. Здесь, где 
     столько 
пролито семени, слез восторга 
  
и вина, в переулке земного рая 
вечером я стою, вбирая 
  
сильно скукожившейся резиной 
легких чистый, осенне-зимний, 
  
розовый от черепичных кровель 
местный воздух, которым вдоволь 
  
не надышаться, особенно – напоследок! 
пахнущий освобожденьем клеток 
  
от времени. Мятая точно деньги, 
волна облизывает ступеньки 
  
дворца своей голубой купюрой, 
получая в качестве сдачи бурый 
  
кирпич, подверженный дерматиту, 
и ненадежную кариатиду, 
  
водрузившую орган речи 
с его сигаретой себе на плечи 
  
и погруженную в лицезренье птичьей, 
освободившейся от приличий, 
  
вывернутой наизнанку спальни, 
выглядящей то как слепок с пальмы, 
  
то – обезумевшей римской 
цифрой, то – рукописной строчкой с 
     рифмой. 
  
          1995, Casa Marcello 
  
*  Стихотворение отсутствует в СИБ. 
     Текст по журналу  "Новый Мир» N  
     5, 
          1996.

Популярные стихи

Вероника Тушнова
Вероника Тушнова «А знаешь, все еще будет!»
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Разные натуры»
Илья Сельвинский
Илья Сельвинский «Я это видел!»
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Ночь, одержимая белизной...»
Андрей Вознесенский
Андрей Вознесенский «Война»