Игорь Паньков

Игорь Паньков

День клонился к закату. Из пыльных 
     кустов сирени, 
облюбованных молодежью, раздавались 
     томные ахи и вздохи, 
водители скорой помощи отключали 
     сирены, 
глядя на то, как лохматые кабыздохи, 
изнывающие от жажды, жары и любовной 
     страсти, 
воспламенясь изнутри, снаружи окаменев, 
     как сфинксы, 
белый флаг выставляя из каждой пасти, 
капли слюны роняли на пыльный асфальт 
     или чьи-то джинсы. 
  
2. 
  
Короче, ситуация из разряда вполне 
     заурядных 
(как, впрочем, любое перемещенье 
     молекул в старинном тигле 
над огнем спиртовки), чему толкований 
     хотя бы отчасти внятных 
не дали экклезиасты, ниже иезекиили. 
А потому, полагаю, ситуация 
     нравоучительна, как плохая сказка, 
вернее, подсказка – что делать, когда 
     во рту и в горле все пересохло 
(то есть, даже если с фасадов облезет 
     краска, 
то всегда остаются еще полыхнувшие 
     солнцем стекла). 
   
3. 
   
И снова песок не хуже куска шагрени у 
     всех на глазах стареет, 
и смертельно устав за четырнадцать 
     тысяч лет железяками грунт 
царапать, 
облаченные в синий сатин и кирзу 
     феллахи просят у бога Ра: скорее 
бы колесница Рамзеса прогрохотала на 
     запад. 
Аборигены из местного бантустана 
     сражаются в секу, очко, 
по щелястым сортирам курят. 
Проводивший супругу в Талды-Курган, мой 
     сосед по кирпичной клетке, 
закутавшись в полосатое байковое одеяло 
     (как витязь в тигровой шкуре), 
порывается мастурбировать, корчась в 
     слезах на кухонной табуретке. 
   
4. 
   
Ситуация, повторюсь, из разряда вполне 
     обычных, 
элементарное «экшн» на уровне 
     кинохроники и тому подобного 
анахронизма. 
Но стоит сместить акценты на область 
     переживаний сугубо личных, 
и не достанет слов у самого хлесткого 
     афоризма. 
Потому что слова – это жалкий треп, на 
     который способны любые 
ханыги, бичи и зеки, 
за стакан чифиря продающие все, что 
     способны держать за душою, 
а простой летней ночью простые цикады 
     на полигоне в Сары-Озеке 
хороши, как Ванесса Мэй, обдолбившаяся 
     анашою. 
   
  5.   
  
Глупый мир инфузорий, финансовых 
     пирамид, опасных 
связей, любовных свиданий, разлук, 
     икоты 
после обеда, где правят железные 
     канцлеры Санчо Пансы 
и сдаются в плен гуттаперчевые 
     Дон-Кихоты!.. 
Так будет и после нас, было так и во 
     время оно: 
то, что храним – не ценим, становимся 
     сами себе врагами. 
И оплакивает иссохшая мумия почтальона 
грязь на дороге, что пахнет резиновыми 
     сапогами... 
  
   6.   
    
Было время почувствовать на обнаженной 
     коже 
бритвенных лезвий сталь и усталой 
     Шехерезады шепот, 
перемежающийся стонами вожделенья. 
     Однако избави, Боже, 
от желания повторить весь этот горький 
     опыт! 
Потому что вначале у нас навсегда 
     отнимают детство, 
после чего незаметно воруют 
     воспоминанья, 
остается циничный сухой сценарий 
     произошедшего действа, 
но едва ли мы знаем хотя бы его 
     названье. 
  
 7. 
  
По большому счету, в пространство 
     вокруг компонентов 
матричной платы 
(то бишь, твоих мозгов) чересчур 
     понапхали фигни и вздора, 
и все это щелкает калькулятором, требуя 
     почасовой оплаты, 
будучи недостойно ни возгласа брани, ни 
     огорченного вздоха. 
И пролетая над водной гладью, некий 
     бесплотный облак 
более не согласен, как ерш на приманку, 
     клюнуть 
даже на анекдот из разряда особо 
     грязных, поскольку опыт 
порождает отнюдь не веселье, а только 
     желание молча сплюнуть.

Поэтическая викторина

Популярные стихи

Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Ты не сомневайся»
Расул Гамзатов
Расул Гамзатов «Журавли»
Евгений Евтушенко
Евгений Евтушенко «Тревожьтесь обо мне...»
Борис Смоленский
Борис Смоленский «Ремесло»
Константин Симонов
Константин Симонов «Первая любовь»
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Весна в лесу»