Если ты поэт, если ты читатель... Помоги проекту-45! Помогу

Евгений Золотаревский

Евгений Золотаревский

Евгений ЗолотаревскийОдин из самых замечательных сказочников нашего века жил-был… – нет, вы-жи-вал в Ставрополе. Чудесную книгу сказок Иоанна Рутенина на одном дыхании «проглатывают» дети и взрослые всей страны, а сам автор, забытый и одинокий, балансировал где-то на грани жизни и смерти...

 

Да, в нашем городе, в малометражке панельной высотки, обитал чудо-сказочник, которого сейчас читает, выражаясь по старинке, вся Великая, Белая и Малая Русь. Необычные духовные сказки ставропольского писателя издаются и переиздаются. Между тем самого автора практически все издатели предпочитают считать покойником или нашим культурным предком, жившим где-нибудь в XIX веке. Они обрекли этого человека на нищету и забвение. Горько понимать, что мир наш ничуть не изменился. Славная жизнь народных талантов почему-то начинается только после ухода в мир иной.

 

«Когда-то у нас на Святой Руси…» – так начинается одна из сказок нашего современника и земляка, Иоанна Рутенина. О его волшебных стихах и рассказах в Ставрополе ходят легенды. Вот только, как теперь выяснилось, сказка его жизни была до слёз печальна, хотя и теплилась надежда на то, что продолжение её всё же будет счастливым. Помните, как говорит острожный герой опять же русской сказки «Золотой ключик» – «пациент скорее жив, чем мёртв». В нашем случае автор всё равно окажется… жив! В Слове своём. Это – точно.

Прежде чем пойти в гости к сказочнику, я набрала в поисковой системе on-line ключевые слова: «Иоанн Рутенин». Система немедленно предоставил массу сайтов, где отыскалось множество произведений Рутенина – все для детей. Оказывается, продажа аудиокассет с литературно–музыкальными композициям по мотивам его сказок, в том числе и через интернет–магазин, идёт полным ходом.

Эти сказки входят в программы православного воспитания, в учебники, становятся основой сценариев детских спектаклей к большим православным праздникам, включены в серию книг и аудиокассет, получивших название «Христианское воспитание для детей». Во многих сценариях Рутенин указывается в компании классиков русской литературы – таких как Плещеев, Пушкин, Брюсов, Тютчев. На электронных страницах нашёлся занятный отзыв о православных детских книжках. В нём говорилось, что большая их часть «удручает скучной назидательностью и художественным несовершенством, искусственной привязкой к православной тематике». Среди немногих достойных образцов названы сказки Иоанна Рутенина.

Кто же он, Иоанн Рутенин? И почему такое литературное имя? На этот вопрос я нашла ответ ещё до похода к автору сказок, настоящее имя которого Евгений Золотаревский. Рутений – химический элемент платиновой группы, открытый в остатках уральской руды, а потому и получивший название от позднелатинского Ruthenia, то есть Россия. Сказки Рутенина действительно расцветают от нежнейшей и преданной любви автора к России.

 

По дороге к самому Золотаревскому-Рутенину воображение рисовало старца с белой бородой, живущего в деревянной избе. Последнее явно было фантастикой, ведь в адресе были указаны этаж и номер квартиры. Домом сказочника оказалась истрёпанная временем девятиэтажка с покрытыми паутиной окнами лестничных площадок. В малюсенькой квартирке с минимумом мебели, кроме самого хозяина, взгляд притягивала печатная машинка, водружённая на ворох рукописей. Судьба сурово обошлась с Евгением Ростиславовичем – необычайно худой, высокий человек с усталыми глазами. К тому же и невооружённым, как говорится, глазом было видно, что он болен. Во всём угадывались только нужда и одиночество. Хотя Евгений начал уверять, что сейчас чувствует себя гораздо лучше.

Известно, что от каждого яркого и сильного мазка на своих знаменитых полотнах слабел великий Ван Гог, который свои последние дни, да и всю жизнь прозябал в нищете. Может быть, так и у Евгения Золотаревского, которого никак не назовёшь баловнем судьбы. Он пошёл работать в 16 лет, сменил множество профессий, долгое время был художником. Созданные при его участии иконы до сих пор находятся в ставропольских церквях. В жизни Евгения было много необычного, случались и незабываемые встречи.

Он светлел лицом и улыбался, вспоминая о своём знакомстве с Арсением Тарковским. Несмотря на разницу в возрасте, на то, что Евгений приезжал из провинции и явно не соответствовал внешне столичному лоску, они дружили. Ведь в доме Тарковских встречали не по одежке. Однажды, по выражению Евгения Ростиславовича, он как-то вдруг начал писать стихи по–новому и поехал с рукописями в Москву. Арсений Александрович, читая их, выкурил пять сигарет, а затем подарил Евгению свой перевод древнего восточного автора Абуль-Алла–аль–Маарри, изданный накануне. С подписью: «Дорогому Евгению Золотаревскому с любовью к его поэзии. А. Тарковский»

Жена Тарковского, переводчица знаменитой книги Маргарет Митчелл «Унесённые ветром», Татьяна Озерская–Тарковская взяла стихи Евгения и перепечатала их для себя. При явно духовном содержании во времена атеизма они не только не могли быть изданы, но и оказались в списке запрещённых. Эти стихи так и не вышли в свет отдельной книгой. Иная судьба ждала сказки.

 

Сказки пришли уже в зрелом возрасте. Хотя самая первая из них – «Колокольчик» была опубликована в Ставрополе в газете «Молодой Ленинец» ещё в 70-е годы. Очарование этой сказки как музыка. Четыре года назад известный питерский композитор Михаил Малевич прислал автору ноты и письмо, в котором сообщил, что собирается написать балет по сказке «Колокольчик». И если Золотаревский входит в российское авторское общество, писал детский композитор, то получит скромный гонорар.

«А если не вхожу в это общество?!» – переспрашивал меня Евгений, человек, на столе которого в тот день, были только хлеб и вода.

Мне нечего было на это ответить. Зато было очень стыдно за всех, кто бессовестно пользуется его творческим даром. Он тщательно подбирал фразы, чтобы не обидеть единственную фирму, выплатившую гонорар за сборник, куда вошли около 30 сказок-притч Иоанна Рутенина. Это – московское издательство «Паломник». Евгений сокрушался, что дороговатым получился подарок для детишек – около 200 рублей приходится выложить родителям, чтобы подарить маленьким читателям экземпляр «Русских духовных сказок».

Да, «Паломник» поддержал Иоанна-Евгения. Да, сказочник в итоге получил за труды свои праведные денежку, на мой взгляд, совершенно несопоставимую с гонорами детективщиков или «лямурщиков». Ну а другие «первопечатники» попросту наплевали на чужое авторское право и, по сути, грабят Золотаревского средь бела дня. Тысячи репринтных изданий бойко сбываются в России и Беларуси. А на Украине даже выходили книги с новыми обложками. Найти этих издателей невозможно, да и кто бы за это взялся?! Разве какое-нибудь частное сыскное агентство или личный адвокат – на что у Золотаревского, конечно, не имелось средств. К слову, одного из таких «сотворцов» Евгений нашел случайно, когда приехал по делам в белорусский монастырь. Друзья купили аудиокассету с записями сказок. Фирма-производитель отыскалась в Беолкаменной. Первая телефонная реакция москвичей потрясает:

 

– Рутенин? А мы думали, что Вы жили в 19 веке… Вы живы! Вы монах?

 

Когда «звуковики» выяснили, что автор не покойник, и не монах, и всё-таки надо ему заплатить, то любезно пригласили Золотаревского в столицу, хорошо приняли, даже предоставили жильё. Ну а сам производитель аудиокассет, москвич Илья Литвак, выдал автору (а дело было в дни обвала национальной валюты) 500 рублей. Комментарии излишни. Лучше поговорим о сказках.

 

Они неподражаемы. Автор не только открыл новый жанр – духовной сказки, он писал свои притчи так, что многие из них сложно, а некоторые просто невозможно перевести на чужеземный язык. Добро и зло здесь легко различимы, и детям потом не надо рыться в своей памяти, чтобы определить, что такое хорошо, а что такое плохо. После знакомства со сказкой они это просто знают! Эти притчи хороши и для взрослых, в них угадываются великие исторические и библейские события.

 

«Почему-то авторское участие считается по страницам. А ведь никто не учитывает, как пишется сказка. Ведь детская литература это шахтёрский труд. Хотя, может, только у меня так, может, я бездарь… Но ко мне сказка приходит только с вдохновением. И не просто сказка, а сказка-притча», – признался мне в одну из наших встреч Евгений Ростиславович.

 

По его словам, любой писатель, режиссер, поэт или художник должен решить сверхзадачу в своём произведении. Как определял сверхзадачу Станиславский, это замысел писателя, непременно возбуждающий отклик в человеческой душе, вызывающий не формальное, не рассудочное, а подлинное, живое, человеческое переживание.

Чтобы объяснить, как можно увидеть неожиданную сторону явления, Евгений мгновенно перефразировал знаменитую сказку «Про рыбака и рыбку», да так, что пушкинское стихотворное произведение выглядело уже совершенно иначе. В изложении ЕЗ, в финале сказки старик утешал свою старуху, рыдающую над разбитым корытом, примерно такими словами:

 

«Что ж ты плачешь? Успокойся, моя рыбка золотая!»

 

Всё верно. Ведь они прожили целых 30 лет и 3 года.

Все сказки Рутенина, как уже говорилось, отличает необъятная и безудержная любовь к России. И с неё же они, как правило, начинаются, потому что здесь его герои «жили-были на Святой Руси». Вы узнаете совершенно потрясающие сказочные истории о том, откуда появилась рождественская ель, кто придумал тоненькую восковую церковную свечу, как оказался огонёк в лампадке, как вошли в нашу жизнь колокола и серебряные колокольчики, как пришли в Россию помидор, картошка и подсолнух. Да только лучше автора не расскажешь… А потому, верю, что вы всенепременно найдёте эту книгу. И для себя. И для дочки, сына, внука.

 

После знакомства с этими притчами, не покидает ощущение, что учишься говорить по-русски заново. Немедленно хочется узнать, что же там, в ещё неизданных сказках? А главное, будут ли еще?

Евгений Ростиславович сказал мне однажды:

 

«Может, и напишу – Бог даст, жив буду. Хотелось бы издать духовные стихи, лирику, повесть для детей в новеллах. Ладно, пусть кто-то сейчас думает, что я помер. Но я же ещё жив!»

 

Он жив. Он был жив совсем-совсем недавно. Казалось, что он продержится ещё долго… И я мечтала о том, что грустная его каморка преобразится, что у него появятся средства на хорошие продукты и на лечение, что он напечатает свои чудесные сказки на компьютере. Можно продолжать и дальше, да не сложишь цены его сказкам – они были, есть и будут! Так думают и другие. Людям кажется, что сказки Рутенина существовали всегда, как и русские народные. Сам же автор тихо печалился: мол, нашлась бы возможность издать кое-что из написанного Ставрополе.

Встречи с Евгением Золотаревским и необычная история его жизни заставила ещё раз перечитать стихи Арсения Тарковского, который в СССР долго был непризнанным поэтом.

В его стихотворном автопортрете «Сверчок» я вижу и нашего Иоанна Рутенина:

 

Сколько русских согласных в полночном моём языке,

Сколько я поговорок сложил в коробок лубяной,

Чтобы шарили дети в моём лубяном коробке,

В старой скрипке запечной с единственной медной струной.

 

О, нет! Не хочется верить, что ещё одна серебряная струна оборвалась. И не сполна исполнилось пожелание самого великого Арсения Тарковского, которое хранится в архиве Евгения:

«12.12.79 г. Дорогой Евгений! Я рад, что Вы при деле. А я совсем раскис и болен, писать мне трудно. Я шлю Вам сердечный привет, желаю счастья превыше той меры, которая обычно отпускается человеку! Крепко жму Вашу руку. Ваш А. Тарковский»

 

Ольга Токмакова

 

* * *

 

Герой этого эссе, увы, не дождался публикации, хотя знал о ней – мы несколько раз разговаривали с Евгением по телефону, уточняя детали. Он обещал подобрать новые тексты для своей поэтической подборки в нашем альманахе. Но: человек предполагает, а Бог располагает…

5 июня 2007 года прошла поминальная служба за упокой раба Божьего Евгения в одной из грустных православных часовен… Золотаревский похоронен в Ставрополе, на самом дальнем городском кладбище… Ну а о том, какие стихи он слагал, читатели альманаха-45 могут судить сами, открыв волшебную дверцу справа. На ней начертаны слова ЕЗ:

 

Шаг из адамова круга…

 

Кстати, «45-я параллель» – ещё в том, «первопечатном формате», опубликовала большую поэтическую подборку Евгения – в № 20 за 1991 год. Чего не сделало ни одно советское или российское издание.

Уверен, Слово Золотаревского останется с нами! Редакция готовит его эссе о Тарковском – с непременной публикацией стихов Арсения Александровича. Другие подборки Евгения тоже, надеюсь, не за горами – рукописи не горят. Появилась надежда, что сказки ЕЗ послужат основой полнометражного мультипликационного фильма…

А заголовок материала о сказочнике и поэте отныне обрёл особый, сакральный смысл.

 

Сергей Сутулов-Катеринич

Подборки стихотворений

Поэмы, новеллы и стихи в прозе

Эссе и заметки об авторах