Эдуард Асадов

Эдуард Асадов

В промозглую и злую непогоду, 
     Когда ложатся под ветрами ниц 
     Кусты с травой. Когда огонь и воду 
     Швыряют с громом тучи с небосвода, 
     Мне жаль всегда до острой боли 
     птиц... 
  
     На крыши, на леса и на проселки, 
     На горестно поникшие сады, 
     Где нет сухой ни ветки, ни иголки, 
     Летит поток грохочущей воды. 
  
     Все от стихии прячется в округе: 
     И человек, и зверь, и даже мышь. 
     Укрыт надежно муравей. И лишь 
     Нет ничего у крохотной пичуги. 
  
     Гнездо? Смешно сказать! Ну разве 
     дом - 
     Три ветки наподобие розетки! 
     И при дожде, ей-богу, в доме том 
     Ничуть не суше, чем на всякой 
     ветке! 
  
     Они к птенцам всей грудкой 
     прижимаются, 
     Малюсенькие, легкие, как дым, 
     И от дождя и стужи заслоняются 
     Лишь перьями да мужеством своим. 
  
     И как представить даже, что они 
     Из райских мест, сквозь бури и 
     метели, 
     Семь тысяч верст и ночи все, и дни 
     Сюда, домой, отчаянно летели! 
  
     Зачем такие силы были отданы? 
     Ведь в тех краях - ни холода, ни 
     зла, 
     И пищи всласть, и света, и тепла, 
     Да, там есть все на свете... кроме 
     родины... 
  
     Суть в том, без громких слов и 
     укоризны, 
     Что, все порой исчерпав до конца, 
     Их маленькие, честные сердца 
     Отчизну почитают выше жизни. 
  
     Грохочет бурей за окошком ночь, 
     Под ветром воду скручивая туго, 
     И что бы я не отдал, чтоб помочь 
     Всем этим смелым крохотным 
     пичугам! 
  
     Но тьма уйдет, как злобная 
     старуха, 
     Куда-то в черный и далекий лес, 
     И сгинет гром, поварчивая глухо, 
     А солнце брызнет золотом с небес. 
  
     И вот, казалось, еле уцелев, 
     В своих душонках маленьких пичуги 
     Хранят не страх, не горечь и не 
     гнев, 
     А радость, словно сеятель посев, 
     Как искры звонко сыплют по округе! 
  
     Да, после злой ревущей черноты, 
     Когда живым-то мудрено остаться, 
     Потокам этой светлой доброты 
     И голосам хрустальной чистоты, 
     Наверно, можно только удивляться! 
  
     Гремит, звенит жизнелюбивый гам! 
     И, может быть, у этой крохи-птицы 
     Порой каким-то стоящим вещам 
     Большим и очень сильным существам 
     Не так уж плохо было б 
     поучиться...


Популярные стихи

Саша Чёрный
Саша Чёрный «Любовь не картошка»
Виктор Соснора
Виктор Соснора «Баллада Оскара Уайльда»
Юрий Воронов
Юрий Воронов «31 декабря 1941 года»
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Лагуна»
Валентин Гафт
Валентин Гафт «Треплев»
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Воспоминания»
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Огромное небо»