Эдуард Асадов

Эдуард Асадов

Льды все туже сжимает круг,  
Весь экипаж по тревоге собран.  
Словно от чьих-то гигантских рук  
Трещат парохода седые ребра.  
  
Воет пурга среди колких льдов,  
Злая насмешка слышится в голосе:  
- Ну что, капитан Георгий Седов,  
Кончил отныне мечтать о полюсе?  
  
Зря она, старая, глотку рвет,  
Неужто и вправду ей непонятно,  
Что раньше растает полярный лед,  
Чем лейтенант повернет обратно!  
  
Команда - к Таймыру, назад, гуськом!  
А он оставит лишь компас, карты,  
Двух добровольцев, веревку, нарты  
И к полюсу дальше пойдет пешком!  
  
Фрам - капитанский косматый пес  
Идти с командой назад не согласен.  
Где быть ему? Это смешной вопрос!  
Он даже с презреньем наморщил нос,  
Ему-то вопрос абсолютно ясен!  
  
Встал впереди на привычном месте  
И на хозяина так взглянул,  
Что тот лишь с улыбкой рукой махнул:  
- Ладно, чего уж... Вместе так вместе!  
  
Одежда твердеет, как жесть, под ветром, 
      
А мгла не шутит, а холод жжет,  
И надо не девять взять километров,  
Не девяносто, а - девятьсот!  
  
Но если на трудной стоишь дороге  
И светит мечта тебе, как звезда,  
То ты ни трусости, ни тревоги  
Не выберешь в спутники никогда!  
  
Вперед, вперед, по торосистым льдам!  
От стужи хрипит глуховатый голос.  
Седов еще шутит: - Ну что, брат Фрам,  
Отыщешь по нюху Северный полюс?  
  
Черную шерсть опушил мороз,  
Но Фрам ничего - моряк нескулящий.  
И пусть он всего лишь навсего пес -  
Он путешественник настоящий!  
  
Снова медведем ревет пурга,  
Пища - худое подобье рыбы.  
Седов бы любого сломил врага:  
И холод, и голод. Но вот цинга...  
И ноги, распухшие, точно глыбы...  
  
Матрос расстроенно-озабочен,  
Сказал: - Не стряслось бы какой беды.  
Путь еще дальний, а вы не очень...  
А полюс... Да бог с ним! Ведь там, 
     между прочим,  
Все то же: ни крыши и ни еды...  
  
Добрый, но, право, смешной народ!  
Неужто и вправду им непонятно,  
Что раньше растает полярный лед,  
Чем капитан повернет обратно!  
  
И, лежа на нартах, он все в метель,  
Сверяясь с картой, смотрел упрямо,  
Смотрел и щурился, как в прицел,  
Как будто бы видел во мраке цель,  
Там, впереди, меж ушами Фрама.  
  
Солнце все ниже... Мигнуло - и прочь... 
      
Пожалуй, шансов уже никаких.  
Над головой - полярная ночь,  
И в сутки - по рыбине на двоих...  
  
Полюс по-прежнему впереди.  
Седов приподнялся над изголовьем:  
- Кажется, баста! Конец пути...  
Эх, я бы добрался, сумел дойти,  
Когда б на недельку еще здоровья...  
  
Месяц желтым горел огнем,  
Будто маяк во мгле океана.  
Боцман лоб осенил крестом:  
- Ну вот и нет у нас капитана!..  
  
Последний и вечный его покой:  
Холм изо льда под салют прощальный,  
При свете месяца как хрустальный,  
Зеленоватый и голубой...  
  
Молча в обратный путь собрались.  
Горько, да надо спешить, однако.  
Боцман, льдинку смахнув с ресниц,  
Сказал чуть слышно: - Пошли, собака!  
  
Их дома дела и семейства ждут,  
У Фрама же нет ничего дороже,  
Чем друг, что навеки остался тут,  
И люди напрасно его зовут:  
Фрам уйти от него не может!  
  
Снова кричат ему, странный народ,  
Неужто и вправду им непонятно,  
Что раньше растает полярный лед,  
Чем Фрам хоть на шаг повернет обратно!  
  
Взобрался на холм, заскользив отчаянно, 
      
Улегся и замер там недвижим,  
Как будто бы телом хотел своим  
Еще отогреть своего хозяина.  
  
Шаги умолкли. И лишь мороз  
Да ветер, в смятенье притихший рядом,  
Видели, как костенеющий пес  
Свою последнюю службу нес,  
Уставясь в сумрак стеклянным взглядом.  
  
Льдина кружится, кружат года,  
Кружатся звезды над облаками...  
И внукам бессоннейшими ночами,  
Быть может, увидится иногда,  
  
Как медленно к солнцу плывут из мрака  
Герой, чье имя хранит народ,  
И Фрам - замечательная собака,  
Как черный памятник вросшая в лед.

Рекомендуем стихи Эдуарда Асадова


Поэтическая викторина

Популярные стихи

Михаил Исаковский
Михаил Исаковский «Дума о Ленине»
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Голос»
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Уезжай, уезжай, уезжай...»
Николай Рубцов
Николай Рубцов «Я умру в крещенские морозы»
Борис Слуцкий
Борис Слуцкий «Про евреев»
Андрей Дементьев
Андрей Дементьев «Друг познаётся в удаче...»
Сергей Михалков
Сергей Михалков «Дядя Степа»