Дмитрий Сухарев

Дмитрий Сухарев

Москва нарезает ломтями 
Остатки своих пустырей, 
Чтоб дать кому надо по яме 
И в ней прописать поскорей.  
  
Кладбищенской службы машины 
Бегут по шоссе с ветерком 
Туда, где скупые аршины 
Отвёл москвичу исполком.  
  
Потом на железной каталке 
Он катит в свой дальний конец, 
А вслед на другом катафалке 
Другой поспешает мертвец.  
  
Ни благости нету, ни боли, 
Одна круговерть-суета, 
Пустое, бездушное поле... 
Ну вот и деляночка та.  
  
Последний рубеж распорядка, 
Замри над окопчиком, гроб. 
Да нет, не окопчик, а грядка —  
Какой-нибудь сеять укроп.  
  
«Прощайтесь!» 
Простились как надо, 
И трудное дело с концом. 
Теснит уж другая команда —  
Заняться своим мертвецом.  
  
Как тягостен путь этот длинный 
Обратно! 
               Как плац этот гол! 
Но глянь, над подсохшею глиной 
Воздвигнут всамделишный стол.  
  
На столике, чистом от пыли, 
И хлеб, и лучок молодой, 
И видно, что тут не забыли 
Делиться с ушедшим едой.  
  
Не знаю, языческий, что ли, 
Иль нынешний это обряд? 
Поставлен покойнику столик. 
Стоят эти столики в ряд.  
  
Должно быть, ночною порою 
Выходят жильцы посидеть, 
И всяк над своею дырою 
Нехитрую трогает снедь.  
  
Бок о бок, не так, как иные, 
Кто мрамором тяжким укрыт, 
Сидят они здесь, неблатные, 
Кто в общем порядке зарыт.  
  
Они рассуждают резонно, 
Что благость прольётся и тут: 
Здесь будет зелёная зона, 
Когда деревца подрастут.  
  
И в эти резоны вникая, —  
Обидой себя не трави. 
Была теснота, и какая, 
А прожили век по любви.  
  
Нас тоже со временем спишут, 
И близится время к концу. 
Кто знает, — даст бог, и пропишут 
На этом же самом плацу.  
  
На наши законные метры, 
К таким же, как мы, москвичам, 
Где ветры гуляют, где ветры 
Так пахнут Москвой по ночам.  
  
          1980


Популярные стихи

Инна Гофф
Инна Гофф «Русское поле»
Владимир Высоцкий
Владимир Высоцкий «Я не люблю»
Саша Чёрный
Саша Чёрный «Недоразумение»
Афанасий Фет
Афанасий Фет «Горячий ключ»