Дмитрий Мережковский

Дмитрий Мережковский

На бледном золоте померкшего заката, 
Как древней надписи причудливый узор, 
Рисуется черта темно-лиловых гор. 
Таинственная даль глубоким сном объята; 
И все, что в небесах, и все, что на 
     земле, 
Ни криком радости, ни ропотом страданья 
Нарушить не дерзнет, скрываяся во мгле, 
Благоговейного и робкого молчанья. 
Преобразился мир в какой-то дивный 
     храм, 
Где каждая звезда затеплилась лампадой, 
Туманом голубым струится фимиам, 
И горы вознеслись огромной колоннадой; 
И, распростерта ниц, колена преклонив, 
Как будто таинство должно здесь 
     совершиться, 
Природа вечная, как трепетная жрица, 
Возносит к небесам молитвенный призыв: 
«Когда ж, о Господи, окончится раздор 
За каждый клок земли, за миг 
     существованья, 
Слепых и грубых сил ожесточенный спор? 
Пошли мне ангела любви и состраданья!.. 
Не Ты ли создал мир, Владыка 
     всемогущий, 
Взгляни, – он пред Тобой в отчаянье 
     поник, — 
Увы, не прежний мир, не юноша цветущий, 
А дряхлый и больной измученный 
     старик!..» 
Тысячелетия промчались над вселенной... 
О мире и любви с надеждой неизменной 
Природа к небесам взывает каждый день, 
Когда спускается лазуревая тень, 
Когда стихает пыл и гром житейской 
     битвы, 
Слезами падает обильная роса, 
Когда сливаются ночные голоса 
В одну гармонию торжественной молитвы 
И тихой жалобой стремятся в небеса. 
  
          1883