Борис Рубежов

Борис Рубежов

Четвёртое измерение № 23 (407) от 11 августа 2017 г.

Подборка: На диком бреге Онтарио

* * *

 

Сквозь эти пять с немногим тысяч миль

Тильтиль бы не решился и Митиль,

Но для души в разлуке нет печали:

Кораблик, что на днях тебя привёз,

Помалу оправляется от гроз – 

Он долго плыл, и все мы ждать устали.

 

Из безупречных вычерчен лекал,

Твоих ланит оформленный овал

Дороже мне Грааля чудной чаши.

Неутомима времени река:

Ещё не видя Душу Молока,

Ты в крохотных ручонках держишь наши.

 

А на Земле такая всюду блажь,

Но, право же – кому её отдашь?

Нигде другой не сделали, на диво,

И леденеют капельки Воды,

И вновь чернеют синие дрозды – 

Но иволга поёт без перерыва.

 

Июньские последыши нежней,

И до конца моих последних дней

Тебе твержу, огромная планета:

Прими его без чопорных чинов – 

В нём только пятна розовых тонов,

Из твоего составленные света.

 

04 – 06.06.10

 

Bathurst, 19

 

N. N.

 

Про такое не лопочут келейно:

Как Пизанская, клонись, но держись!..

Три семёрки разливного портвейна

Из бутылки под названием «жизнь».

 

Позади остались Плевен и Вена,

Галифакс не разглядеть с высоты,

Семилетняя тоска неизменна,

До конца её не выскажешь ты.

 

Солнце бьёт из самых грозных орудий,

Можно рыбу на асфальте запечь,

Здесь, как дома (если дом – это люди),

Замечательная русская речь.

 

На обложке электронной билета

Штамп таможенный не тот, так и знай.

Мы дожили до ближайшего лета,

И не кончился жасминовый чай.

 

07.07.10

 

Путевые наброски

 

Такое повторить ещё нескоро

Придётся средь финансовых прорех: 

От Хеллы продремать до Лабрадора

В железном чреве – редкостный успех.

 

Рассасывалась «Боинга» когорта,

Манипулы потоками несло,

И разноцветный люд аэропорта

Нас встретил неожиданно тепло.

 

Здесь местные вполне способны девы

Нерусским изъясняться языком,

Я прибыл в те же дни, что королева –

Я был с Её Величеством знаком.

 

Здесь рыбы не вылавливают мелкой,

Здесь, презирая крохотный забор,

Нахальные, как девки группы «Стрелки»,

Еноты весь обшаривают двор.

 

Здесь у домов лениво развернули

Деревья кроны, близкие к шатрам.

Здесь можно просто так попасть под пулю

Случайную – кому ты нужен сам?!

 

И белки независимой породы

Художникам острят карандаши...

Здесь берегут природу – от природы

Звериной человеческой души.

 

07 – 12.07.10

 

Экскурсия

 

На фото медведи средь глыб нарезного льда,

Любезная леди поможет найти, куда

Отправиться страннику, кроме дежурных мест:

G8 опять собирает свой летний съезд.

 

Не думай о чуде – скорее, поверь, что тут

Авто, точно люди, работают и бегут.

А линия фронта здесь делит грозу и свет,

И ночью Торонто заводит ручной брегет.

 

Как в стоге иголка, здесь каждый спешит, рябя.

Уехать недолго, да если бы от себя,

Под коркой билета – недолгое забытьё,

Не кончилось лето – пока что оно твоё.

 

Здесь русское слово с еврейским – в один сосуд,

Здесь столько большого: амбиции, mortgage*, wood**,

И после скитаний по шарику мнится мне:

Таких расстояний не встретить в иной стране.

 

Здесь вещи сливаются в медленный пёстрый ряд,

Здесь чаще по-русски, чем думалось, говорят,

И снится порой, точно принцу чудесный сон,

Еврейское кладбище около Bathurst Lawn.

_________________

* – кредит под недвижимость;

** – древесина (материал).

 

09 – 13.07.10

 

* * *

 

В разгаре лета монотонного,

Кленового исполнен сока, 

Брожу я, как герой Платонова

Средь соплеменников Ликока.

 

Знать, на благом счету у Бога я: 

Без макияжа и палетки

Шломит шагает быстроногая,

В соседней запертая клетке.

 

20.07.10

 

* * *

 

Где языков слияние и наций

Из тех, кто прыгнул выше головы

В лавсановый хребет цивилизаций,

Зелёный от ухоженной травы,

 

Где женщины зимою носят гетры,

А летом одеваются чудно,

Сижу на сорок третьем километре

От памятника Benches Domino*.

 

Как время всех обыгрывает странно:

Одни стекляшки старые в пыли –

Сегодня – весть о смерти Корвалана,

А нам в герои Насера вели.

 

Видать, он был исполнен благочестья,

Но путь его закончился земной...

Я помню не последние известья,

Но больше тех, кто в детстве был со мной.

 

За много лет обросший только словом

Да парой продолжателей живых,

Я им не стану Нестором суровым,

Но скромною заменой домовых.

 

За изгородью старою дощатой

Земную подпирает нынче ось

Та улочка у школы двадцать пятой,

Где столько неожиданно сбылось.

 

Где вы сейчас и камо вы грядоша,

В каких мирах закончим разговор,

С коричневою пуговкой Алёша

И самый терпеливый детский хор?

 

Чем наши обозначить стоит вехи?

Одною песней? Табелем утрат? –

Акимыч вновь растягивает мехи,

И запевает тенором Марат.

 

Серёга Незастенчивый и Настя,

Которая давно ушла в астрал,

Мы с вами пели «Будет людям счастье» –

Но где оно? И кто его украл?..

 

Проросшая в куртины повилика,

Тюльпаны в нерастаявшем снегу…

Но постоянно снится только Вика –

А вот обнять, хоть сдохни, не могу!

_______________

* Domino Benches and Leaf Grates, памятник в Торонто.

 

22.07.10

 

* * *

 

N. N.

 

Под лесами зелёного тона

У домов выстригают осот,

Здесь господство стекла и бетона

Над пейзажами сельских красот.

 

Но несут меня звёздные кони –

Где украсть бы их, после решим,

В те места, где до губ от ладони

Помещается фут с небольшим.

 

24.07.10

 

Ямбы о Вилли

 

Картонный на груди его значок,

И бродит с ним рассеянно повсюду

Наш Вилли – деревенский дурачок,

«Я буду, – говорит, – я скоро буду!»

 

Ты недоверьем молодца не рань,

Как ловко парень складывает строфы!

Он назначает первую свидань

Прекрасной деве из Йокнапатофы.

 

Пусть окружён высокою стеной,

Как в Тель-Авив новёхонькая трасса,

Его тошнит от рыбы заливной,

Он жаждет человеческого мяса.

 

Непрошеная яма глубока,

В ней не растут ни астры, ни ромашки,

А на равнине тихая река,

Индейцы пьют и бегают в пятнашки.

 

Вы шире открываете зрачки

В надежде несмываемой последней –

Но Напатофа скажет: «Пустяки!

Такой здесь нет. Оставьте ваши бредни».

 

И снова степи стелятся у ног,

И облаков несутся пилигримы...

А пива он наварит – дай вам Бог!

Но быть другим не хочется с любимой.

 

15.08.10

 

* * *

 

Несёт железная ворона

Не очень споро

Oт города Святого Джона,

От Лабрадора,

 

Всех островов, заливов мимо,

Исландским краем,

Туда, где жизнь неповторима,

Где в ней сгораем.

 

Где не пальто, а две футболки

На зиму с летом,

Где нам соседи, точно волки,

Грозят дуплетом.

 

А я всё помню: серп и молот,

Места и даты,

И в запредельный этот холод

Уйду когда-то,

 

Под облака, где минус сорок –

Как приговором…

И только ты глядишь из створок

Всё тем же взором.

 

04.07 – 20.08.10

 

Элегия Саскачевану

 

Вспоминаю о лете, где сам себе хлоп и пан,

Эти домики в цвете – как розовый марципан,

Не зацепишься взглядом – игрушка, и все дела,

Только ёлочки рядом да белки вокруг ствола.

 

Там пасётся бизон на лужайке из жирных трав,

За небритый газон полагается крупный штраф,

Там не пьют для согрева, погромов не ждут в вестях,

И спешит королева – она, как и я, в гостях.

 

Там не помнят имён президентов и прочих слуг

Из простого народа; и фермер вам – лучший друг,

А от рыжих девчонок, что ростом с твою версту,

Голос падает, тонок, и это я им зачту.

 

Там купаются в узком, в широком не ходят зря,

Продавщицы на русском лопочут без словаря,

Но, чтоб меньше вопросов, в каком ты теперь краю,

На арбузах есть косо написанное: «Thank you».

 

Коль природу не жалко – потратишься будь здоров!

Но такая рыбалка, что рыба клюёт без слов.

Тьма древесной камеди, вода, как слеза, чиста,

И выходят медведи за Машей из-за куста.

 

Вот где полная чаша, возникшая в пустоте:

Не ходи туда, Маша – медведи давно не те.

Славен возраст геронта – хоть век с ним теперь играй…

За моим горизонтом – зелёный канадский край.

 

14.08 – 18.10.10