Борис Пастернак

Борис Пастернак

В трюмо испаряется чашка какао, 
   Качается тюль, и – прямой 
Дорожкою в сад, в бурелом и хаос 
   К качелям бежит трюмо. 
  
Там сосны враскачку воздух саднят 
   Смолой; там по маете 
Очки по траве растерял палисадник, 
   Там книгу читает Тень. 
  
И к заднему плану, во мрак, за калитку 
   В степь, в запах сонных лекарств 
Струится дорожкой, в сучках и в улитках 
   Мерцающий жаркий кварц. 
  
Огромный сад тормошится в зале 
   В трюмо – и не бьет стекла! 
Казалось бы, всё коллодий залил, 
   С комода до шума в стволах. 
  
Зеркальная всё б, казалось, нахлынь 
   Непотным льдом облила, 
Чтоб сук не горчил и сирень не пахла, – 
   Гипноза залить не могла. 
  
Несметный мир семенит в месмеризме, 
   И только ветру связать, 
Что ломится в жизнь и ломается в 
     призме, 
   И радо играть в слезах. 
  
Души не взорвать, как селитрой залежь, 
   Не вырыть, как заступом клад. 
Огромный сад тормошится в зале 
   В трюмо – и не бьет стекла. 
  
И вот, в гипнотической этой отчизне 
   Ничем мне очей не задуть. 
Так после дождя проползают слизни 
   Глазами статуй в саду. 
  
Шуршит вода по ушам, и, чирикнув, 
   На цыпочках скачет чиж. 
Ты можешь им выпачкать губы черникой, 
   Их шалостью не опоишь. 
  
Огромный сад тормошится в зале, 
   Подносит к трюмо кулак, 
Бежит на качели, ловит, салит, 
   Трясет – и не бьет стекла! 
  
          Лето 1917

Популярные стихи

Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Гостья»
Борис Пастернак
Борис Пастернак «Бессонница»
Александр Межиров
Александр Межиров «Артиллерия бьёт по своим»
Александр Кушнер
Александр Кушнер «Когда я очень затоскую»
Александр Твардовский
Александр Твардовский «Сын за отца не отвечает»
Александр Твардовский
Александр Твардовский «Июль - макушка лета...»