Борис Пастернак

Борис Пастернак

Это было при нас. 
Это с нами вошло в поговорку, 
И уйдет. 
И однако, 
За быстрою сменою лет, 
Стерся след, 
Словно год 
Стал нулем меж девятки с пятеркой, 
Стерся след, 
Были нет, 
От нее не осталось примет. 
Еще ночь под ружьем 
И заря не взялась за винтовку. 
И однако, 
Вглядимся: 
На деле гораздо светлей. 
Этот мрак под ружьем 
Погружен 
В полусон 
Забастовкой. 
Эта ночь 
Наше детство 
И молодость учителей. 
Ей предшествует вечер 
Крушений, 
Кружков и героев, 
Динамитчиков, 
Дагерротипов, 
Горенья души. 
Ездят тройки по трактам, 
Но, фабрик по трактам настроив, 
Подымаются саввы 
И зреют викулы в глуши. 
Барабанную дробь 
Заглушают сигналы чугунки. 
Гром позорных телег 
Громыхание первых платформ. 
Крепостная россия 
Выходит 
С короткой приструнки 
На пустырь 
И зовется 
Россиею после реформ. 
  
Это  народовольцы, 
Перовская, 
Первое марта, 
Нигилисты в поддевках, 
Застенки, 
Студенты в пенсне. 
Повесть наших отцов, 
Точно повесть 
Из века стюартов, 
Отдаленней, чем пушкин, 
И видится 
Точно во сне. 
  
Да и ближе нельзя: 
Двадцатипятилетье  в подпольи. 
Клад  в земле. 
На земле 
Обездушенный калейдоскоп. 
Что бы клад откопать, 
Мы глаза 
Напрягаем до боли. 
Покорясь его воле, 
Спускаемся сами в подкоп. 
  
Тут бывал достоевский. 
Затворницы ж эти, 
Не чаяв, 
Что у них, 
Что ни обыск, 
То вывоз реликвий в музей, 
Шли на казнь 
И на то, 
Чтоб красу их подпольщик нечаев 
Скрыл в земле, 
Утаил 
От времен и врагов и друзей. 
  
Это было вчера, 
И, родись мы лет на тридцать раньше, 
Подойди со двора, 
В керосиновой мгле фонарей, 
Средь мерцанья реторт 
Мы нашли бы, 
Что те лаборантши 
Наши матери 
Или 
Приятельницы матерей. 
  
Моросит на дворе. 
Во дворце улеглась суматоха. 
Тухнут плошки. 
Теплынь. 
  
Город вымер и словно оглох. 
Облетевшим листом 
И кладбищенским чертополохом 
Дышит ночь. 
Ни души. 
Дремлет площадь, 
И сон ее плох. 
Но положенным слогом 
Писались и нынче доклады, 
И в неведеньи бед 
За невою пролетка гремит. 
А сентябрьская ночь 
Задыхается 
Тайною клада, 
И степану халтурину 
Спать не дает динамит. 
Эта ночь простоит 
В забытьи 
До времен порт-артура. 
Телеграфным столбам 
Будет дан в вожаки эшафот. 
Шепот жертв и депеш, 
Участясь, 
Усыпит агентуру, 
И тогда-то придет 
Та зима, 
Когда все оживет. 
Мы родимся на свет. 
Как-нибудь 
Предвечернее солнце 
Подзовет нас к окну. 
Мы одухотворим наугад 
Непривычный закат, 
И при зрелище труб 
Потрясемся, 
Как потрясся, 
Кто б мог 
Оглянуться лет на сто назад. 
Точно лаокоон 
Будет дым 
На трескучем морозе, 
Оголясь, 
Как атлет, 
Обнимать и валить облака. 
Ускользающий день 
Будет плыть 
На железных полозьях 
Телеграфных сетей, 
Открывающихся с чердака. 
  
А немного спустя, 
И светя, точно блудному сыну, 
Чтобы шеи себе 
Этот день не сломал на шоссе, 
Выйдут с лампами в ночь 
И с небес 
Будут бить ему в спину 
Фонари корпусов 
Сквозь туман, 
Полоса к полосе. 
  
          1956

Поэтическая викторина

Популярные стихи

Евгений Евтушенко
Евгений Евтушенко «Со мною вот что происходит»
Саша Чёрный
Саша Чёрный «Вешалка дураков»
Евгений Евтушенко
Евгений Евтушенко «Боюсь не справиться с лицом...»
Андрей Дементьев
Андрей Дементьев «Одиночество»
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Модные люди»