Борис Пастернак

Борис Пастернак

Бывает, курьером на борзом 
Расскачется сердце, и точно 
Отрывистость азбуки морзе, 
Черты твои в зеркале срочны. 
  
Поэт или просто глашатай, 
Герольд или просто поэт, 
В груди твоей – топот лошадный 
И сжатость огней и ночных эстафет. 
  
Кому сегодня шутится? 
Кому кого жалеть? 
С платка текла распутица, 
И к ливню липла плеть. 
  
Был ветер заперт наглухо 
И штемпеля влеплял, 
Как оплеухи наглости, 
Шалея, конь в поля. 
  
Бряцал мундштук закушенный, 
Врывалась в ночь лука, 
Конь оглушал заушиной 
Раскаты большака. 
  
Не видно ни зги, но затем в отдаленьи 
Движенье: лакей со свечой в колпаке. 
Мельчая, коптят тополя, и аллея 
Уходит за пчельник, истлев вдалеке. 
  
Салфетки белей алебастр балюстрады. 
Похоже, огромный, как тень, брадобрей 
Мокает в пруды дерева и ограды 
И звякает бритвой об рант галерей. 
  
Bпустите, мне надо видеть графа. 
Bы спросите, кто я? Здесь жил органист. 
Он лег в мою жизнь пятеричной оправой 
Ключей и регистров. Он уши зарниц 
Крюками прибил к проводам телеграфа. 
Bы спросите, кто я? На розыск Кайяфы 
Отвечу: путь мой был тернист. 
  
Летами тишь гробовая 
Стояла, и поле отхлебывало 
Из черных котлов, забываясь, 
Лапшу светоносного облака. 
  
А зимы другую основу 
Сновали, и вот в этом крошеве 
Я – черная точка дурного 
В валящихся хлопьях хорошего. 
  
Я – пар отстучавшего града, прохладой 
В исходную высь воспаряющий. Я – 
Плодовая падаль, отдавшая саду 
Все счеты по службе, всю сладость и 
     яды, 
Чтоб, музыкой хлынув с дуги бытия, 
В приемную ринуться к вам без доклада. 
Я – мяч полногласья и яблоко лада. 
Bы знаете, кто мне закон и судья. 
  
Bпустите, мне надо видеть графа. 
О нем есть баллады. Он предупрежден. 
Я помню, как плакала мать, играв их, 
Как вздрагивал дом, обливаясь дождем. 
  
Позднее узнал я о мертвом Шопене. 
Но и до того, уже лет в шесть, 
Открылась мне сила такого сцепленья, 
Что можно подняться и землю унесть. 
  
Куда б утекли фонари околотка 
С пролетками и мостовыми, когда б 
Их марево не было, как на колодку, 
Набито на гул колокольных октав? 
  
Но вот их снимали, и, в хлопья 
     облекшись, 
Пускались сновать без оглядки дома, 
И плотно захлопнутой нотной обложкой 
Bалилась в разгул листопада зима. 
  
Ей недоставало лишь нескольких звеньев, 
Чтоб выполнить раму и вырасти в звук, 
И музыкой – зеркалом исчезновенья 
Качнуться, выскальзывая из рук. 
  
В колодец ее обалделого взгляда 
Бадьей погружалась печаль, и, дойдя 
До дна, подымалась оттуда балладой 
И рушилась былью в обвязке дождя. 
  
Жестоко продрогши и до подбородков 
Закованные в железо и мрак, 
Прыжками, прыжками, коротким галопом 
Летели потоки в глухих киверах. 
  
Их кожаный строй был, как годы, 
     бороздчат, 
Их шум был, как стук на монетном дворе, 
И вмиг запружалась рыдванами площадь, 
Деревья мотались, как дверцы карет. 
  
Насколько терпелось канавам и скатам, 
Покамест чекан принимала руда, 
Удар за ударом, трудясь до упаду, 
Дукаты из слякоти била вода. 
  
Потом начиналась работа граверов, 
И черви, разделав сырье под орех, 
Вгрызались в сознанье гербом договора, 
За радугой следом ползя по коре. 
  
Но лето ломалось, и всею махиной 
На август напарывались дерева, 
И в цинковой кипе фальшивых цехинов 
Тонули крушенья шаги и слова. 
  
Но вы безответны. B другой обстановке 
Недолго б длился мой конфуз. 
Но я набивался и сам на неловкость, 
Я знал, что на нее нарвусь. 
  
Я знал, что пожизненный мой собеседник, 
Меня привлекая страшнейшей из тяг, 
Молчит, крепясь из сил последних, 
И вечно числится в нетях. 
  
Я знал, что прелесть путешествий 
И каждый новый женский взгляд 
Лепечут о его соседстве 
И отрицать его велят. 
  
Но как пронесть мне этот ворох 
Признаний через ваш порог? 
Я трачу в глупых разговорах 
Все, что дорогой приберег. 
  
Зачем же, земские ярыги 
И полицейские крючки, 
Вы обнесли стеной религий 
Отца и мастера тоски? 
  
Зачем вы выдумали послух, 
Безбожие и ханжество, 
Когда он лишь меньшой из взрослых 
И сверстник сердца моего. 
  
          1916, 1928

Популярные стихи

Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Новые стансы к Августе»
Анатолий Жигулин
Анатолий Жигулин «О, Родина! В неярком блеске...»
Николай Некрасов
Николай Некрасов «Мы разошлись на полпути»
Геннадий Шпаликов
Геннадий Шпаликов «Бывает все на свете хорошо»
Максимилиан Волошин
Максимилиан Волошин «Зеленый вал отпрянул и пугливо»
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Стихи в апреле»
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Как детство, ночь обнажена...»