Борис Херсонский

Борис Херсонский

1 
  
В парчовом камзоле и напудренном 
     парике, 
Рука на отлёте, хрустальный бокал в 
     руке. 
Смотрит вдаль – всё равно ничего не 
     видит. 
Думает, дрянь, всё равно ничего не 
     выйдет. 
Уж лучше по узкой тропке спуститься к 
     реке. 
  
Два мужика из-под коряги за жабры тянут 
     сома. 
Девка смеётся в голос, чему – не знает 
     сама. 
Он выпивает вино, роняет бокал, сходит 
     с ума. 
  
Усадьба с высокой лестницей, колоннада, 
     балкон. 
Мостик горбатый, на каждом углу грифон. 
В центре мостика, известное дело, 
     беседка. 
В беседке – лукошко, в лукошке квохчет 
     наседка. 
Ее стережёт одноногий отставной 
     солдафон. 
  
Барин смеётся и тычет куда-то длинным 
     перстом. 
Плывёт по реке Фелица, виляя рыбьим 
     хвостом. 
Грех – увидеть такое, особо Успенским 
     постом! 
  
Церквушка в столичном стиле, выгоревшая 
     изнутри, 
снаружи почти как новая. Только ты не 
     смотри 
на разорённого купола чёрный, дырявый 
     кокон, 
на синих, клювастых птиц, выпрыгивающих 
     из окон. 
Чувствуешь что сгораешь? Спокойно стой 
     и гори. 
  
Сначала сбежала барыня. Сам-то как 
     горевал! 
Божью церковь поджёг. Жилы ножом 
     вскрывал. 
Видно, сошлют в монастырь – и на цепь, 
     в подвал. 
  
2 
  
Лиза идёт топиться. Но старый пруд 
куда-то делся, а, может быть, люди 
     врут, 
что был водоём? Что мальчик, ивовый 
     прут 
выломав, воздух им рассекал со свистом, 
что девка плясала босая, звеня 
     монистом, 
что воздуху было больно… Напрасный 
     труд. 
  
Впрочем, мальчишке случилось убить 
     мотылька. 
Лазурное крылышко падало на манер 
     лепестка. 
Лиза идет топиться, но где – не знает 
     пока. 
Мраморные купидоны стреляют в сердце 
     припаркам. 
Леса уступают место садам и паркам. 
Исключение – заросли мыслящего 
     тростника. 
  
Должно быть, сахарного, ибо два 
     старика, 
машут своими мачете (и как не устанет 
     рука?), 
прорубая дорогу в завтрашние века. 
Это идут барбудос, братья Фидель, 
     Рауль, 
увёртываясь от посвистывающих 
     американских пуль. 
Лиза идёт топиться. Походка ее легка. 
  
На полянке пенёк. На пеньке сидит 
     Лаокоон, 
что анаконду, тянет австрийский 
     аккордеон, 
грек его душу знает, что напевает он. 
Но девка босая зовет его гармонистом, 
чему-то смеётся и пляшет, звеня 
     монистом, 
А Лиза идёт топиться, хоть это – всего 
     лишь сон. 
  
Уж лучше вернись в усадьбу, где нынче 
     склад 
полезных железных предметов. Где сказку 
     на новый лад 
перекраивают, перешивают, и, как 
     всегда, невпопад. 
Нагой пастушок с тебя стащит белое 
     платье, 
через голову, растрепав, примет в свои 
     объятья, 
родители, вытянув руки, пошлют вам свои 
     проклятья, 
и вы, потешаясь над всеми, провалитесь 
     в ад. 
  
3 
  
Белая ротонда. Ступени. Колонны. 
Кованые решетки. Площадка. Отселе 
открывается вид на ближние склоны. 
Облетевшие клёны. Бурые ели. 
Полдневный свет сквозь облачные заслоны 
проглядывает еле-еле. 
  
Зелёный пруд подёрнулся льдом по самому 
     краю. 
Маша, на мостике стоя, кормит карпа 
     ковригой, 
Разминая мякиш. Я умираю, 
хоть пока не чувствую этого. Сидя за 
     книгой, 
  
старинной, церковной книгой в кожаном 
     переплёте, 
не могу увести мысли из привычного 
     круга. 
Люди, я ненавижу вас крепче, чем вы 
     живёте. 
Ненавижу темно, безысходно, как вы – 
     друг друга. 
  
4 
  
И без залысин лоб высок, но залысины 
     делают выше 
помыслы, ниспадающие вниз, вместе с 
     кудрями. 
Мраморный бюст вольнодумца кривляется в 
     тёмной нише. 
Хариты стыдливо беседуют с русскими 
     богатырями. 
Два голубка, прижавшись, сидят на 
     крыше, 
символизируя вечный союз материков с 
     морями. 
  
За спиной у него колонна в честь 
     красоты идеалов 
Классицизма, а впереди – обелиск во имя 
     реалий 
обыденной жизни и подлинных чувств. В 
     каждом из залов 
его усадьбы, на ковриках, пара античных 
     сандалий 
соседствует с парой лаптей. Простота 
     вандАлов 
дополняет изысканность дев, 
     препоясанных выше талий. 
  
Он гуляет в одном направленье. Но не 
     может достигнуть 
простоты мужицкой, поскольку не может 
     постигнуть 
ограниченности дворянства: классовой, 
     провинциальной, 
плюс – отсутствие денег. Лик природы 
     печальной 
ему понятней. Красные пухлые губы 
переминают стебель зеленого злака. 
Зимой, в полночный мороз он не носит 
     шубы. 
Летом, в полуденный зной – не снимает 
     фрака. 
Подбородок над многосложным воротником 
     рубахи. 
Вместо веры в уме безбожном гнездятся 
     страхи. 
  
С каждым днём он сложнее, хотя так 
     хочется – проще! 
Слышен свист заводных соловьев из 
     хрустальной рощи. 
Он наблюдает жизнь. Часами спорит с 
     невеждой. 
Каждую мысль оттачивает до последней 
     строчки, 
сторонясь лицемеров, которые под 
     золотой одеждой 
несут железное сердце в каменной 
     оболочке.

Поэтическая викторина

Популярные стихи

Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Мы совпали с тобой»
Геннадий Шпаликов
Геннадий Шпаликов «Рио-рита, рио-рита»
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Письмо любимой»
Саша Чёрный
Саша Чёрный «Два желания»
Юрий Кузнецов
Юрий Кузнецов «Гимнастёрка»
Николай Рубцов
Николай Рубцов «Добрый Филя»