Бабка Лидка

Бабка Лидка

Четвёртое измерение № 20 (404) от 11 июля 2017 г.

Подборка: Я оттолкнула жизнь и вырвалась на волю

Ангел

 

Этот ангел был без крыл,

Скромный парень из народа.

Зубы в глотку вколотил,

Арестантская порода!

 

Онемела я тогда,

Рот пустой не открывала

И в палате, со стыда,

Лезла всё под одеяло.

 

Только ночью, в чёрном сне,

Словно грешник на поруки,

Из груди рвались вовне

Непонятные мне звуки:

 

«Та-та-та́-та, та-та-та́… –

И опять: – Та-та́, та-та́-та!..»

Билась в небо немота

Горлом пролетариата.

 

Я не знаю, для чего

Мне была такая милость.

После – встретила его

Да и в ножки поклонилась.

 

Ватники

 

Мы из чугуна и стали,

В телогрейках, не в пальто.

Вы и раньше нас не знали,

И сегодня мы – никто.

 

А плевать! Не ждём, не просим,

Так и сдохнем на ветру,

Беззаботно грянув оземь

Пьяной мордой поутру.

 

Но когда придут печали,

Не поможет вам никто,

Только мужичок из стали

И бабёнка – не в пальто.

 

Письмо

 

Думаю о тебе всё время,

Пальцами трогаю память.

Как там ваше небесное племя?

Чем ты хоть занят?

 

Видишь, как постарела – мигом!

Знаешь, как страшно…

Хвастаюсь рассудочным сдвигом,

Справкой бумажной.

 

Только бы ты мне не верил, что ли,

Жизнь моя, праздник!

Уберёг бы от этой боли –

Ну, хоть бы разик…

 

Прощание Славянска

 

Знаю я, что будет дальше,

Как продлится этот час –

Будут гибнуть дети наши,

Если бы в последний раз!

 

А потом придёт хана вам.

Время – сеять, время – жать,

По оврагам и канавам

Снова мёртвыми лежать.

 

Вперемешку, вместе с нами,

Адский впитывая зной, –

С дочерями, сыновьями

Бывшей Родины одной.

 

Совет другу

 

Когда отправишься в Москву,

В рисковый долгий путь,

Свои деньжата не забудь

К рейтузам пристегнуть.

 

Но не снаружи – изнутри,

Чтоб вражия рука

Их не смогла на раз-два-три

Стянуть наверняка.

 

Резинку затяни узлом,

Терпи и не робей,

А то ведь не вернёшь потом

Мозолистых рублей.

 

На пузе свой оставят след,

Но не пускай слезу,

Рейтузы сберегут от бед –

Со штрипками внизу!

 

По старости лет

 

Снег хрустит, в кулаке сторублёвка,

А подмышкою – сала шматок.

Старый друг приобнял меня ловко,

В «вино-водку» скорей поволок.

 

А потом мы поддали на лоне,

А потом я сказала: «Привет!»

И у цирка каталась на пони –

Забесплатно, по старости лет.

 

А потом пригласили на ужин,

А потом я отправилась в путь,

И никто был мне пьяной не нужен,

И на звёзды забыла взглянуть.

 

Снова день у себя я украла –

Во чаду, в кабаке, в голытьбе.

Лишь назавтра, когда помирала,

Так и вспомнила вдруг о Тебе.

 

Случай

 

Нелегко прирезать человека,

Человек не глупая свинья,

Даже если совестью – калека.

Может, дома ждёт его семья.

 

А меня – не ждут. Давай, гулёна,

Бабке промеж ребер садани!

Будут люди плакать удивлённо,

Ты не слушай – глупые они.

 

Ты воткни, закручивая влево,

Пусть пойму я – как это оно,

Чтоб ветвями задрожало древо,

Чтобы тихо звякнуло окно.

 

Где эта проклятая аптека!

Доведите, что ли, до угла…

Нелегко прирезать человека,

Как же я, безумная, смогла?

 

Друг

 

Русскому не надо много денег,

Он от них немножечко дурак.

Хоть и был когда-то мне брательник,

А возьмёт – и грохнет за пятак.

 

Нету ни гроша, и я не ною,

Ну, а он, чем дальше – тем сильней,

Недоволен миром и войною,

Верою и родиной моей.

 

Ничего, дружок, придёт минута,

Позабудешь ты про колбасу,

И в одно прекраснейшее утро

Я тебе «боярку» поднесу.

 

Уложу, поправлю телогрейку,

Дерзкую приглажу седину

И твою последнюю копейку

На удачу в небо зашвырну.

 

Счастье

 

Я бы жизнь свою в русло пустила –

Там, где жёны, мужья, хохлома,

Но какая-то вечная сила

Вдруг лишила старуху ума.

 

Я рванула из вашего круга,

Из получек, кредитов, долгов,

И меня позабыла подруга

И мужик, что уже был готов.

 

Я безумна, больна, чем угодно,

Я сегодня одна под луной,

Но от вас, наконец-то, свободна,

Что за счастье! Ах, Боже Ты мой!

 

Для сугрева

 

Я не из города, не из села –

Я из барачного строя.

Бритых подонков родная сестра,

Серого, в общем, покроя.

 

Вашему «зайчику на мостовой»,

Вашей «рябине кудрявой» 

Не разминуться сегодня со мной –

Вашей последней отравой.

 

Я – не отсюда. Махните рукой,

Справа махните и слева...

Только и там, где предвечный покой,

Встречу я вас – для сугрева.

 

Линейка

 

Возьму и – не вернусь,

Порадую кого-то.

Без радости и пульс

Трепещет, как погода.

 

Покуда не погас

Луч солнца на параде,

Иду в мой мёртвый час –

В мой пионерский лагерь.

 

В линеечку стоим,

Грохочет перекличка.

Вот папа, пьяный в дым,

А вот моя сестричка.

 

Я не удивлена,

Кричу: «Я здесь!.. Я здеся!..»

А вот и мать – она

Бежит ко мне из леса.

 

Мы с нею обнялись,

До хруста и до боли...

Я оттолкнула жизнь 

И вырвалась – на волю.

 

Творческая встреча

 

Бывают творческие встречи,

Недавно – у меня была.

Там кореша толкали речи,

Разгладив хмурые чела.

 

Я им подписывала книжки,

Нацелив единичный глаз.

Был мордобой, хоть это слишком,

Но так положено у нас.

 

Гремела музыка на рынке,

Менты дремали в стороне,

Хорошие, как на картинке,

Пока дремали в стороне.

 

Потом без памяти упала,

По полной получив дюлей,

И более не вспоминала

О встрече творческой моей!

 

Омск

 

Нет во мне ничего приличного,

Я искала, но – ни хрена!

Только рожа цвета кирпичного

Днём и ночью всюду видна.

 

Вот и лезут друзья-приятели

Кто с бутылкою, кто с битьём.

То заботятся, как о матери,

То спроваживают в дурдом.

 

И сижу я там – серым ёжиком,

И, с восточных уже картин,

Режет голосом, словно ножиком,

Бабку старую муэдзин.

 

Минарет его – за дорогою,

До своих он доносит весть.

Пожалей ты меня, убогую,

Дай молитовку хоть прочесть.

 

Жизнь ты русская, необычная!

Вдруг замолк на минуту он.

За окошком – стена кирпичная

Колокольный доносит звон.

 

Столовка

 

Так вот и живу. Как – никто не знает,

Знает лишь хромой этот голубок.

А душа моя тихо замирает,

Тихо намерзает, как ночной ледок.

 

А кругом одни радостные вести,

А кругом одни кущи, да сто грамм.

Ну, а я в ответ: в душу мне не лезь ты,

Что-то зябко мне, добрая мадам!

 

Что-то грустно мне, девоньки и вдовы,

Но спасибо вам за такой обед.

Жахну я ещё, выйду из столовой

И за воркуном похромаю вслед.

 

Русский вопрос

 

Твой обычай и весел, и сыт,

И бычки под рукой, и чернуха,

Но могу и десной укусить,

И заехать тебе прямо в ухо,

 

А могу вообще упластать,

Если будешь ты тявкать и дальше

На Россию, любимую мать,

На красоты и горести наши.

 

Ведь никто, даже глядь из глядей,

Не желает для родины горя.

Чем ты лучше всех этих людей,

Что кочуют на русском просторе?

 

И кивают в ответ головой

И братки, и седые подруги.

Вот такие вопросы порой

Задаю я себе с похмелюги.