Аустра Скуиня

Аустра Скуиня

допотопный мой underwood 
позволь же голову мне положить 
на твои железные плечи 
слушая песнь тиши 
  
знаю же, что когда-нибудь буду тебя 
     проклинать 
чтоб меня не подвёл старый твой валик 
при наборе стихов 
печальных, к тому же, как серые рощи 
     лифляндских берёз 
ещё и паршивых 
точно рабочей окраины пыльные улицы 
  
я буду тебя заклинать в последний свой 
     раз 
выбивая министерскую резолюцию 
машинистка такая-сякая 
высоким требованиями государственной 
     службы 
не соответствует 
  
и тогда 
когда терять, в общем-то, будет уже 
     решительно нечего 
посреди сутолоки, шума и гама 
биржи всемирной 
одна я услышу 
и сразу узнаю невесёлую печальную 
                         скорбную песнь 
     о хлебе насущном 
а по желобам труб водосточных 
понесутся грязи ручьи 
и женщины, бледные 
точно рыхлый апрельский нерастаявший 
     снег 
будут весной торговать на бульварах по 
     куску на отрез 
а дети улиц запев про броненосец 
     «Потёмкин» под знаменем алым 
будут строить через лужи мосты 
в новую 
счастливую жизнь 
которую мне и друзьями моим оборванцам 
     на веку своём не видать 
ведь апрельский паводок смоет, унесёт 
     прочь и нас 
вслед бумажным мостам как отжившего 
     прошлого часть 
  
допотопный мой underwood 
позволь же голову мне положить 
на твои железные плечи 
слушая песнь тиши 
  
гремящими костяшкам литеров 
не набивать новых букв готическим 
     шрифтом 
на белой бумаге 
а солнце дамой-кокеткой 
усмешкой просияет прямо в лицо 
сквозь стекло оконных решёток и рам 
на столешнице акты с укором хлопнут 
     обложек ресницами 
в то же время я слышу 
шелест приводного ремня и вижу вращение 
     смазанной втулки 
на английском сталелитейном заводе 
                         рабочие 
     шёпотом тихим ведут разговор 
об Африке, что пробуждается 
о гражданской войне с Гоминьданом в 
     Китае 
и о свободе даром для всех, которой нет 
     и нету у них, 
но, быть может, они говорят 
однажды в самом сердце Европы 
возгорится пожар мировой революции, и 
     машинистка 
стремительным ударами пальцев 
будет чеканить на белой бумаге 
буквы пламенеющих слов, 
продиктованных искренностью новой эпохи 
  
Перевёл с латышского Тим 
     Настин 
  
     Машинистка 
  
Старенький мой ундервуд, 
разреши   мне  прижаться 
к твоей металлической 
клетке грудной 
и тишиной 
надышаться. 
  
Знаю – когда-нибудь возненавижу тебя я 
за то, что истёртые валики не 
     поломались 
от стихотворений моих, 
печальных, как рощи латышские, 
скверных, 
как мостовая окраинной улицы. 
Возненавижу тебя я, 
отстукивая последний 
приказ  господина  министра: 
о том, что указанная машинистка 
непригодна 
для государственной службы... 
  
И когда уже нечего будет терять мне 
на бирже всемирной, – 
я выучу песню, 
одну лишь 
трагичную песню о хлебе… 
В сточных канавах 
ручьи зажурчат, 
и женщины, 
бледные, точно апрельский 
истаявший снег, на бульвары 
выйдут весну продавать, 
и мальчишки засвищут 
песню «Вперёд, краснофлотцы!», 
строя мосты через лужи 
к новой, счастливейшей жизни, 
той, что ни мне, 
ни моим босоногим друзьям 
не увидеть вовек, 
потому что нас всех, 
кто остался от прошлой эпохи, 
снесёт половодьем апрельским, 
как мостик бумажный… 
  
Старенький мой ундервуд, 
разреши мне прижаться 
к твоей металлической клетке грудной 
и тишиной 
надышаться! 
  
Буквочек ровных 
на белой бумаге 
не ставят уж 
клавиши, 
солнце сквозь стёкла 
в лицо 
надо мной насмехается, 
папки с делами 
подмигивают игриво, – 
а я 
слышу,  как  где-то – 
в Англии, скажем – 
в цеху прокопчённом 
ремни приводные хрипят, 
вращая лоснящиеся валы, 
а рабочие шепчутся тихо 
о бунтах в Африке, 
о Китае, 
и о свободе, которой 
от века они не знавали. 
Может быть, говорят и о том, 
что когда-нибудь на континенте 
машинистка 
быстрыми пальцами 
выбьет на белой бумаге 
горящие буквы – 
слова, которые ей продиктует 
сердце новой эпохи… 
  
Перевёл с латышского 
     Вл.Невский


Популярные стихи

Валентин Гафт
Валентин Гафт «Фуэте»
Семён Гудзенко
Семён Гудзенко «Первая смерть»
Владимир Маяковский
Владимир Маяковский «Прощанье»
Андрей Дементьев
Андрей Дементьев «Когда душа твоя...»
Дмитрий Кедрин
Дмитрий Кедрин «Мышонок»
Вера Полозкова
Вера Полозкова «Босса нова»