Арсений Чанышев

Арсений Чанышев

Вольтеровское кресло № 31 (163) от 1 ноября 2010 г.

Подборка: Антипамятник

* * *

 

Я как поэт умнее и честнее.

Себя как человека. Мне виднее...

Но, если это так,

Какой же я дурак

Как человек?

 

09.03.63

 

* * *

 

Свобода! Свобода! Богиня богинь!

Ушла ты от нас навсегда ли?

Надежда! Надежда! Хоть ты не покинь

В тюрьме из невидимой стали!

 

«Нас мало!» – Нас много и может быть больше!

А всё-таки что понимает народ?

Солдат-крепостной был душителем Польши...

Куда повернут – он туда и пойдёт...

 

1946

 

* * *

 

Нас убивали «при попытке...» –

И в отпуск ехали досрочно,

Таскали на ночные пытки –

И получали сверхурочно.

 

Когда двуногою мишенью,

Мы, корчась, звали матерей.

Мы были средством к повышенью

Начальников концлагерей.

 

16.06.65

 

* * *

 

Над нами княжили варяги.

Нас отдали чужим богам.

Мы шли под княжеские стяги,

Приученные к батогам.

 

Мы были преданы татарам

Преступной распрею князей.

Мы были не людьми – товаром:

Собак меняли на псарей.

 

Сдирали кожу с нас малюты.

Нас муштровали на плацу,

Мы были для царей валютой...

Но поклонялись их венцу.

 

И даже в бунте самом яром,

Сорвавшись с мёртвых якорей,

Мы новым кланялись боярам

И новых славили царей.

 

15.06.65

 

* * *

 

На дальнем севере задавленная льдами

Лежит, любви не ведая, страна.

Там острова – сиротскими домами.

Весна там – арестантская весна.

 

Но каждый год доверчиво и нежно

Рождаются невинные цветы.

Они как осуждённого надежда.

Они как осуждённого мечты.

 

Придёт ли час, когда Природа сбросит

Надгробную плиту тысячелетних льдов?

Когда Свобода с баррикады спросит:

«Готов ли ты?!» – И я скажу: «Готов!»

 

17.09.50

 

* * *

 

Сижу, закованный, в темнице.

Над ней и дождь, и зной, и град...

О, как и я был бурям рад!

Их предвещающей зарнице…

 

Но тщетно! Камень обомшелый

Несотрясаем, недвижим,

Как императорский режим...

Прикован цепью порыжелой,

 

Томлюсь в невидимый тюрьме.

И я во тьме...И всё во тьме...

 

1951

 

* * *

 

Мы зовёмся горожанами,

Потому что отгорожены

От мычания и ржания

Маникюром, макинтошами.

 

Мы не знаем Неба звёздного,

Торопливы в своей поступи.

Только дачными берёзами

К нам леса имеют подступы.

 

Зорь неведомо нам полымя.

Детворы дворы – колодцами.

О траву ногами голыми

Побоимся исколоться мы...

 

10.03.63

 

Баллада о костях

 

Стояли люди за костями

На родине вождя.

Швырялся ветер в них горстями

Осеннего дождя.

 

Но многим не достались кости...

Где взять на всех костей?

Ушли без ропота, без злости,

Без гнева на властей...

 

Кости бы делать из этих людей!

Не было б в мире дешевле костей.

 

28–29 сентября 1972, Ульяновск

 

* * *

 

Поля! Мне внятна ваша талость!

Сползут сопревшие снега.

Пройди и ты, моя усталость!

Меняю жизнь, как лось – рога!

 

Войди в меня, как входишь в вербу,

В ольху и в луковку подснежника!

Верни мне молодость и веру!

Даруй энтузиазм мятежника!..

 

11.03.63

 

* * *

 

Не пора ли, мой друг, не пора ли

Удалиться в надзвёздные дали?

Удавиться – и удалиться...

Может, кто-нибудь удивится:

 

«Вот не думали, не гадали,

Что уйдёт он в надзвёздные дали,

Что уйдёт он в космический холод...

Ах, как жаль! Он ещё был молод,

 

Он ещё подавал надежды...»

Будут строить догадки невежды

И отыскивать в сплетнях причины

Для моей малодушной кончины.

 

И, язык свой слюнявя тряпичный,

Скажут: «Это для нас не типично.

Мы строители. Мы пророки.

Перед нами открыты дороги.

 

Мы идём в лучезарные дали.

Наши руки лежат на штурвале...»

Ах, красавцы мои и крали,

Как случилось, что нас обокрали?

 

25.05.63

 

* * *

 

Хорошо быть халтурщиком!

Весёлые они всегда, сытые.

И деньжата у них есть, и девочки.

И всегда они идут в ногу со временем.

 

Теперь ведь всё так быстро меняется,

Что только халтурщик не отстанет:

Сегодня одно хвали, а завтра другое.

Хорошо быть халтурщиком!

 

Фальшивомонетчики –

Самые невинные из халтурщиков.

Те только деньги подделывают –

А эти самые высшие ценности:

 

Патриотизм и человеколюбие,

Истину и демократию,

Стихи и историю,

Любовь и хлеб...

 

Легконоги они, халтурщики:

Куда ветер подует – туда и они,

Подлое перекати-поле, несутся.

А подует обратный ветер –

И тут они впереди всех,

Пенкосниматели!

 

Ведь им нечего переоценивать:

Беззаветны они, халтурщики,

А потому весёлые и удачливые...

И все их любят...

 

05.11.64

 

* * *

 

Я жил в Москве – недобром городе,

В лачуге, грязной и сырой.

Ребёнок плакал за стеной,

Дрались соседи за стеной,

 

Собака выла за стеной,

Гремели танцы за стеной...

На чердаке кошачий визг –

А под полом – мышиный писк.

 

Я с коммунизмом в сердце жил.

Лачуга мне казалась раем,

Симфонией кошачий визг,

А гегемон мой, пьяный вдрызг,

Был для меня цветущим маем.

 

20.01.65

 

Оттепель

 

Моя душа, поникшая, больная,

Немного начинает оживать

И шевелить побитыми крылами...

Я не скажу, что я свободен. Нет!

Но деспот мой – безликое ОНО –

Чуть удлинить мою изволил привязь ненадолго...

И начинают чувства оживать.

Зашевелились мысли в голове,

Ушибленной о притолку режима.

 

03.05.65

 

Тоталитаризм

 

Начинается день перламутровый –

Распинается чья-то душа.

За вождями, немыслимо мудрыми,

Мы вприпрыжку бежим, чуть дыша.

 

Крепко спаянные одобрением,

Не одобришь – дадут плетей,

Мы готовы служить удобрением

Ради вымышленных идей.

 

12.06.65

 

Прометей

 

Ты был первым жуликом в Европе,

Обманувший Зевса Прометей.

Без тебя сидели бы в укропе

Мы, ничем улиток не умней.

 

Ты нас вывел на дорогу света,

Одарил немеркнущим огнём...

Ты жестоко пострадал за это.

От тебя мы свой прогресс ведём.

 

Все плоды наук и просвещенья,

Всех моторов лязг и стукотня,

Все поэмы и стихотворенья

Родились из твоего огня.

 

Но огонь тот был тобой украден.

Ты у Зевса вызвал страшный стресс...

Оттого этически отвратен

Наш так называемый прогресс.

 

19–20 сентября 1972

 

Нейтроны

 

«Неживое от живого

Кто сумеет отличить?» –

Робко спрашивает Вова

(Должен я его учить).

 

Отвечаю без апломба:

«Нейтронная бомба!»

 

Август 1977

 

* * *

 

Да, при всех своих талантах

Жить в России не восторг.

Балерина на пуантах –

Да и та, глядишь, комсорг.

 

12.12.76

 

* * *

 

Не равняй! Никогда не равняй

Человека со зверем! Не путай!

На животное зря не пеняй!

Даже если то зверь самый лютый –

 

 Он не ведает, что творит.

По естественному уставу

У гадюки укус ядовит,

Волк идёт на ночную облаву.

 

В человеке же зверь озверел!

Не скотина, не зверь он – палач!

Посылая детей на расстрел,

Он спокойно суёт им калач.

 

Он спокойно суёт им калач,

Чтоб его не тревожил их плач.

Собирают потом палачи

Ненадкусанные калачи...

 

01.03.63

 

Шарманщик

 

Иду открытым полем

У Бога на виду.

Со мной моя шарманка

И старый какаду.

 

Он вынет вам билетик

За ломаный пятак.

В нём дальняя дорога

В какой-нибудь Ирак,

 

Машина, девки, дачка,

Распределитель, чек

И титул: «Образцовый

Советский человек!»...

 

Иду открытым полем

У Бога на виду.

Со мной моя шарманка

И старый какаду.

 

Он вынет вам билетик

За ломаный пятак.

В нём дальняя дорога,

Владимирский большак,

 

Тайга, баланда, тачка,

Барак, любовь мужчин

И кличка: «Враг народа» –

Народный высший чин...

 

Иду открытым полем...

 

Август 1977

 

* * *

 

Уже снега насторожились,

Ручьями ринуться готовы.

Куются в кузницах подковы.

И петухи распетушились.

 

Мяучат сладострастно кошки.

Сосулек конусы свисают.

И всё заметнее кусают

На Солнце мартовские мошки.

 

На лыжах без лыжни по насту!

Меня одолевает одурь.

Дремлю, пригревшись, словно лодырь,

Хоть эту презираю касту.

 

Но тягостна моя дремота...

А у Земли, прикрытой снегом,

Свиданье с ясным чистым Небом,

Свиданье до седьмого пота.

 

И я, ничтожнейший, раздавлен

Их тесным соприкосновеньем.

Бегу испуганным оленем,

Чужой любовью обесславлен.

 

10.03.63

 

Антипамятник

 

Я сжёг свои черновики.

Не жду от времени награды.

Мне в будущем не будут рады

Профессора-крестовики

И докторанты-шелкопряды.

 

Мне повезло хотя бы тем,

Что я не выдумал и гайки,

Что, умерев, умру совсем, –

Что из меня наделать тем

Не смогут аспирантов шайки.

 

Я сгину сразу, на корню,

Бесследно в космосе растаю, –

Но я зато не раскормлю

Прожорливых доцентов стаю,

 

Не будет бить меня под дых

Толпа студентов в курсовых.

 

Мне предстоит лишь Божий суд –

Черновики там не спасут.

 

31 августа 1970, Томилино – 19 декабря 1999, Москва

 

 

Подборку составил Сергей Сутулов-Катеринич (Ставрополь)