Анна Павловская

Анна Павловская

памяти Любы Шелег 
  
Меня зовёт простое ремесло – 
гончарный круг и трубка стеклодува. 
Я выдыхаю в мягкое стекло 
изгиб крыла и закругленье клюва. 
  
Передо мной картонный реквизит, 
сухие ветки в куче декораций, 
и Бог со мной во сне не говорит, 
и пудель не приходит повидаться. 
  
Бессонница – матёрый птицелов – 
установила новые порядки. 
Три парки – Вера, Надя и Любовь – 
сказали – баста! – и ушли на б***ки. 
  
И всё же я должник, а не истец, 
тасуется палёная колода, 
когда пасьянс сойдётся наконец – 
наступит братство, равенство, свобода. 
  
Короче, 
несказанно повезёт, 
я стану мировым лауреатом, 
мне Бэримор овсянки принесёт, 
и я в печать подам стихи без мата. 
  
Рукоплесканий хлынет водопад, 
с галёрки умилённо всхлипнут – 
     «Браво!», 
воздев тимпаны, несколько менад 
посмертно утвердят земную славу. 
  
Седьмые небеса во всей красе – 
ко мне спешат заблудшие трамваи, 
и спрашивает Бог: «Парле Франсе»? 
но по-французски я не понимаю. 
  
Уже приподнимаются в райке, 
и ноздри раздувая, ждут скандала. 
Устало повернусь на каблуке, 
и выйду к Белорусскому вокзалу. 
  
Прощай, Москва, неоновый фантом! 
Целую в губы, кланяйся Арбату, 
давай отложим встречу на потом, 
когда я стану сильной и богатой. 
  
Я принесу огромные цветы, 
заплачу, засмеюсь – одновременно, 
и может быть, мне улыбнёшься ты, 
пускай хоть так – лениво и надменно. 
  
По стойке хлопну, выдайте билет 
хорошему расейскому поэту, 
и если возражений больше нет, 
то я без сожаления уеду! 
  
Рулеткой застрекочет колесо, 
и выпадет семёрочка на красном. 
Я ставила на эту цифру – всё, 
и эта цифра больше не опасна! 
  
Не страшен ни успех, ни крах, ни прах, 
и нет преград, и жизнь – сама награда! 
И Люба Шелег в шубе нараспах 
зайдёт в моё купе и сядет рядом. 
  
Я закажу шампанское со льдом! 
Я постелю под ноги покрывало! 
Мы с ней на покрывале поплывём, 
куда-нибудь, куда она мечтала. 
  
В Париж, конечно, мы плывём в Париж! 
Парле франсе – она вполне свободно, 
и если снизу ты не разглядишь 
как мы летим, то – как тебе угодно! 
  
Мы кисти погружаем в синеву! 
Там звёзды так, что можно снять рукою, 
и положить, как дичку, на траву, 
или тянуть на нитке за собою. 
  
Глиняные звонят колокола, 
стеклянные танцуют херувимы, 
и всё вокруг из глины и стекла, 
из мягкого стекла и влажной глины. 
  
Мне одиноко, Любочка, скажу, 
на всю Москву ни друга, ни полдруга, 
по кругу, Люба, в комнате хожу, 
как цирковые лошади, по кругу.

Популярные стихи

Евгений Евтушенко
Евгений Евтушенко «Смеялись люди за стеной»
Александр Яшин
Александр Яшин «Орел»
Андрей Дементьев
Андрей Дементьев «Не люблю хитрецов...»
Александр Твардовский
Александр Твардовский «Ты дура, смерть: грозишься людям»
Александр Твардовский
Александр Твардовский «Братья»
Белла Ахмадулина
Белла Ахмадулина «Из глубины моих невзгод...»