Анна Гедымин

Анна Гедымин

Четвёртое измерение № 22 (298) от 1 августа 2014 г.

Подборка: В предвкушении тишины

* * *

 

1

 

Время подводить итоги,

Подсчитывать сдачу,

Заглядывать в глаза,

Спрашивать, что для тебя значу,

Не спать ночами.

Ну, или спать ночами.

Любоваться чужими детьми.

Разражаться речами.

 

В общем, жизнь оказалась

Подарком с подвохом:

На выходе – расплатись по счетам,

Дай на чай скоморохам,

Ничего не бери с собой,

Всё равно ведь обчистят, черти.

Вот и всё, что узнала о жизни.

Потом расскажу о смерти.

 

2

 

Время всегда идеально

Для повитух и могильщиков,

Пекарей и строителей,

Выпускников меда и педа...

…Напуганный еврейский мальчик,

Заброшенный разводом родителей

В район Текстильщиков,

Бреется наголо,

Перенимает повадки скинхеда…

 

Я буду, кем скажешь:

Пекарем и строителем,

Учительницей и медсестрой,

Я всё могу, добрый Боже.

Только прости и помилуй

Самых запутавшихся и беззащитных на свете!

Ополченцы и менеджеры,

И демонстранты,

И болельщики тоже –

Это всё

Наши дети…

 

* * *

 

Август. Полдень. Ёлок вереницы.

Три недоразрушенных избы.

Я сюда на запах медуницы

Прихожу, как в детстве – по грибы.

 

И брожу своими же следами.

И робею у церковных стен:

Что просить нам – траченным годами

Очевидцам бурных перемен?

 

(Вон и туча щерится морозно,

Будто бы уже закончен суд!)

Славы – стыдно, пониманья – поздно,

А любви не просят, только ждут.

 

Боже, стать бы тем седьмым коленом,

На котором завершится месть!..

Медуница нежно пахнет тленом –

Неужели горше запах есть?..

 

* * *

 

Будто видела – помню об этом дне:

Говорили: «Красные входят в город».

Это предок мой на гнедом коне

Мчал за криком своим, разорвавшим ворот.

 

Победитель! Его не задержит лес,

Не сломают ветра, не утопят реки...

Но другой мой предок наперерез

Выходил – остаться в бою навеки.

 

Два врага погибли – и две строки

Родословная вносит в свои скрижали.

До сих пор сжимаю я кулаки,

Вспомнив предков – чтоб руки не так дрожали.

 

Я поповская правнучка – и княжна,

На конюшне прапрадед мой был запорот...

Так – о боже! – что чувствовать я должна,

Если снится мне: красные входят в город?..

 

* * *

 

А ночью над моим порогом

Свои вздымают паруса

Не посещаемые Богом

Густого цвета небеса.

 

Кому хватило бы терпенья!

Вновь, до зари за полчаса, –

Ни звёзд, ни ангельского пенья,

Одни вороньи голоса!

 

Зовут в обугленную стаю,

Сулят лихое колдовство…

За что – я, может быть, и знаю,

Да вот не знаю – для чего…

 

* * *

 

Я тебя подожду,

Где вишни цветут в саду,

Где жизнь голосит в листве –

Без царя в голове –

Вот уж недели две.

 

Что загадывать наперёд,

Когда нас Бог приберёт?

В предвкушении тишины

Сроки становятся неважны.

 

Различить бы, век подаренный отгуляв,

Отбормотав, как псалтырь,

Где кончается явь

И начинается быль.

 

Честолюбивая молитва

 

Музыка! Ты пришла, наконец...

Листва шелестит, маня...

Кончено, теперь я тоже – творец.

Боже, прости меня!

 

И наплевать, что, злой, как оса,

И от власти хмельной,

Ангел возмездья уж полчаса

Носится надо мной.

 

Милый, придётся чуть обождать,

Постой дудеть на трубе,

Пока не кончится благодать –

Я не дамся тебе.

 

Ваш Главный слепил меня из интриг,

Швырял из блеска во тьму,

Но вот за этот звучащий миг

Я всё прощаю Ему.

 

И пусть перелесок уже в огне

И пёстр от змеиных лент,

Пойми: если что-то зачтётся мне,

Так этот самый момент!

 

Не то что звезда, а метеорит

Сверкнул на исходе дня...

И, может, ваш Главный чуть пожурит,

Но всё ж – помилует мя.

 

* * *

 

Спасибо, судьба, за нежданную милость –

Что счастье ко мне так рвалось и ломилось,

Так жадно меня умоляло о встрече,

Что я наконец-то устала перечить.

 

Как будто очистилась жизнь от коросты,

Как будто сбылись новогодние тосты

И бродит душа по расцветшему раю...

Я знаю теперь, что я многое знаю!

 

Я знаю, что прошлое было кошмаром,

Что счастье даётся случайно и даром –

И лучшим, и худшим, и средней руки,

Всему, что твердили мне, вопреки.

 

* * *

 

Когда мой любимый повелевает:

Ночи – конец! –

Загорается солнце,

Начинают звенеть трамваи,

И мой любимый доволен,

Как бог-отец,

Тем, что свершилось по слову его, –

А иначе и не бывает.

 

Лишь я задержалась на облаке,

Собираю нежность в бутон,

Не могу надышаться,

Стараюсь

Сохранить этот миг на потом –

 

Когда истощится время,

И воздух,

И свет,

А мой любимый потребует:

Смерти – нет!..

 

* * *

 

Предчувствие тепла...

Мы были так живучи,

Что можем представлять

Научный интерес.

И смутно на душе.

Так праведника мучит,

Привыкшего к земле, –

Предчувствие небес.

 

А может, мы и впрямь

Диковинной породы?

Иначе кто бы смог,

Удачей не храним,

Не зная ни любви,

Ни Бога, ни свободы,

Прожить изрядный век

Предчувствием одним?..

 

Лето

 

Думаешь: надоели

                         одинаковые окошки,

Небо невзрачное городское

И дождь, что сверлит

                         то крыши, а то дорожки

И не хочет покоя.

 

А в квартале возле старой котельной

Жить, может быть, интересней,

Но нет давно ни тропы отдельной,

Ни птицы, сочиняющей песни.

 

Видимо, остаётся лишь память,

Где тепло и уютно,

Где уже не сумели нас до смерти ранить,

И где скучать не дают нам

 

Соседок пересуды-разговоры,

Мол, с кем я да во что я одета,

И ситцевые флоксы, без которых

И лето – не лето.

 

* * *

 

Стояла роща – тёмная, густая,

Но мы вошли – случайно, не со зла,

И на ночь обеззвученная стая

Опомнилась, воспряла, ожила,

Стократно ощетинилась – и взмыла,

И тут же миновала навсегда.

И кроны, потревоженные было,

Смыкаются над нами, как вода.

 

И сохранился только отзвук дикий

В пространстве этом сонном и пустом

Да крохотная капля земляники

Под лапчатым листом.

 

* * *

 

Воцарилась осень – туман клубя,

Серебря под утро стволы и лужи...

Мне с тобою плохо, но без тебя –

Хуже.

 

Мне плевать, что сумерки хороши,

Что пьянит дубрава листвой лежалой...

Ты сказал, что нет у меня души? –

Да, пожалуй.

 

Я приду домой, не зажгу огня,

Заскребётся мышь под диваном тихо...

А душе, хоть нет её у меня,

Лихо.

 

Возвращение

 

Вдоль тропы гуляют сквозняки,

И головки клонят васильки

Строго в направлении реки.

 

А заслышав медленный гудок,

Бурый пес натянет поводок

И поймает носом холодок.

 

Ну а в доме щёлкают дрова,

Мысли превращаются в слова,

Понимаешь, что была права:

 

Здесь не бродит ветер перемен,

Пляшет пламя, что твоя Кармен.

Ничего я не хочу взамен…

 

* * *

 

Умела прощаться, как умирать – навеки,

Сжигать мосты, сжигать корабли.

А ещё умела заговаривать реки –

Чтоб помедленнее текли.

 

Чтоб не так мелькали под небесами

Первый вдох – и последний звук,

Чтобы лодки, прядая парусами,

Успевали землю принять из рук.

 

Дождь идёт. Минувшее всё дороже.

Разреши мне, Господи, отдохнуть,

Потому что так – сгоряча – негоже

Начинать свой главный, ответный путь.

 

* * *

 

Вроде рукой подать,

А не дойти никогда:

Тихая благодать,

Медленная вода.

 

Впереди холода,

Первых снежинок сверк…

Только бы не беда,

Только бы свет не мерк!

 

И цвели, как вчера,

Мальвы, меняя суть –

Если уже пора,

Если уже – забудь.

 

Не умножить года,

Вечность не обуздать…

Медленная вода,

Тихая благодать…