Андрей Белый

Андрей Белый

Мокрый, скользкий проспект пересёкся 
     мокрым проспектом под прямым, 
     девяностоградусным углом; в точке 
     пересечения стал городовой… 
И такие же точно возвышались дома, и 
     такие же серые проходили там токи 
     людские, и такой же стоял там 
     зелёно-жёлтый туман. 
Но параллельно с бегущим проспектом был 
     бегущий проспект с тем же рядом 
     коробок, с тою же нумерацией, с 
     теми же облаками. 
Есть бесконечность бегущих проспектов с 
     бесконечностью бегущих 
     пересекающихся призраков. Весь 
     Петербург – бесконечность 
     проспекта, возведённого в энную 
     степень. 
За Петербургом – ничего нет. 
  
О, русские люди! 
Становитесь вы тенями клуболетящих 
     туманов: туманы летят искони из 
     свинцовых пространств закипевшего 
     Балта; в туманы уставились пушки. 
  
Из танцевального зала прошло домино в 
     угол комнаты; разорвало бумагу 
     конверта; зашелестела записка в 
     шуршащих руках; домино, силясь 
     лучше увидеть, на лоб откинуло 
     масочку: кружева бороды двумя 
     пышными складками окрылили лицо, 
     будто два крыла шапочки; и дрожала 
     рука, и дрожала записочка; пот 
     показался на лбу. 
  
Дачка окнами выходила на море: синело. 
     И – глаз маяка заморгал: 
     «раз-два-три» – и потух; тёмный 
     плащ пешехода; курчавились гребни; 
     крупою рассыпались береговые огни; 
     многоглазое взморье щетинилось 
     тростником; завывала сирена. 
  
И – треск: стремительный; дверь с 
     петель – слетела; и – тусклости 
     проливалися дымными, раззелёными 
     клубами; от раздробленной двери, с 
     площадки, теперь начинались 
     пространства луны; и чёрная 
     комната открывалась – в 
     неизъяснимости; посередине 
     дверного порога, из стен, 
     пропускающих купоросного цвета 
     пространства, – склонивши 
     венчанную, позеленевшую голову и 
     простирая тяжелую позеленевшую 
     руку, стояло громадное тело, 
     горящее фосфором. 
Встал Медный Пётр. 
Плащ матовый отвисал тяжело – с 
     отливающих блеском плечей и с 
     чешуйчатой брони; теперь 
     повторилися судьбы Евгения – в 
     миг, как распалися стены здания в 
     купоросных пространствах; так 
     точно: разъялось прошедшее; и 
     Александр Иванович воскликнул: 
 –  «Я – вспомнил… Я – ждал…» 
Медноглавый гигант прогонял через 
     периоды времени вплоть до этого 
     мига, смыкая весь круг; протекали 
     века; и встал – Николай; и 
     вставали на трон – Александры; а 
     Александр Иванович, тень, без 
     устали одолевала периоды времени, 
     пробегая по дням, по годам, по 
     сырым петербургским проспектам, – 
     во сне, наяву: а вдогонку за ним и 
     вдогонку за всеми, – гремели удары 
     металла, дробящие жизни. 
Тот грохот я слышал; ты – слышал ли?


Популярные стихи

Иван Крылов
Иван Крылов «Ворона и Лисица»
Павел Васильев
Павел Васильев «Иртыш»
Олжас Сулейменов
Олжас Сулейменов «Яблоки»
Вероника Тушнова
Вероника Тушнова «Я не помню тебя, извини!...»
Андрей Дементьев
Андрей Дементьев «Я ничего и никому не должен»
Роальд Мандельштам
Роальд Мандельштам «Я не знал, отчего проснулся»
Арсений Тарковский
Арсений Тарковский «Я так давно родился»