Анатолий Нестеров

Анатолий Нестеров

Четвёртое измерение № 15 (219) от 21 мая 2012 г.

Подборка: Я постарел на три разлуки...

* * *

 

В столе моём

рукописи,

радописи,

тревогописи,

обласканные,

обруганные,

вы – мои

многописи.

Пусть вас ожидает

разное,

пусть многое

невпопад.

Не знаю

лучшего праздника,

чем праздник души –

мечтопад!

 

Тост

 

Пейзажист!

Пей за жизнь!

За краски, за холсты,

за то, что ты – есть ты.

За простоту!

За просто ту,

которой нет с тобой,

но явится судьбой.

За свой мольберт!

И что Мольер

на свете жил

и вечное творил.

И чтоб там ни было,

конечно,

за вечность пей,

за вечность!

 

* * *

 

Я постарел на три разлуки,

я опоздал на много встреч.

Как новой избежать разрухи?

Как мне прошедшим пренебречь?

 

Оно – мой камень преткновенья,

не обойти, как ни крутись.

И будущее – не спасенье!

От прошлого в нём не спастись.

 

За мною будут вечно следом

нестись из юности мечты,

наивные полупобеды,

и недолюбленная ты.

 

Как бились в крике твои руки,

я что-то всё сказать хотел…

…Я постарел на три разлуки

и на печаль я повзрослел.

 

* * *

 

Передо мною морцо.

Морцо –

это залив.

Только твоё лицо –

невыносимо вдали.

И не пойму я:

ночь или день

в сердце пришли.

Ох, уж эти глаза –

сирень,

сирень и залив.

Словно в тумане свет,

мерцает вдали морцо.

Встречи нет.

И разлуки нет.

 

Только твоё лицо…

 

* * *

 

О древний град!

Твои колонны и заборы,

твои колодцы и заботы

во мне.

Есть путь – назад!

Стать в жизни

умницей

и мирно проходить

по улицам

своей души.

Петь иногда псалом,

однажды

крик родить:

– Гляди!

Пса лов!

Хотят убить.

О убиенных покаянье,

разбросанные патлы,

и роют пока ямы –

в них будут падать!

 

* * *

 

Снегопад, снегопад –

с неба пад.

Снежнопад.

Я попал под водопад

снежный,

я попал под снегопад

нежный.

Нынче ветер,

как лентяй,

прячется в ложбинке.

Без него сейчас летят,

хохоча,

снежинки.

Их за пазуху кладу –

нет,

они не тают!

Оттого,

что их краду –

улетают!

 

* * *

 

О лепет листвы

лебединого лета,

где льются мелодии –

только лови!

Где сердце любовью

нежданно согрето,

где сердце дрожит

от надменной любви!

Я всё растерял по летам

тёплым летом,

а счастье чужое

лови – не лови!

Чужою любовью

не будешь согретым

и грустно бежишь

от соседней любви.

Когда-то прольётся

последнее лето,

когда же прольётся –

не стоит ловить

любовь, от которой

не будешь согретым,

любовь, от которой

не будет любви!

 

* * *

 

Подражание,

подражание –

отражение

ржавое

ржания.

Подражанием поражать

можно ужа.

Уж ползёт,

мир сужая

и шипит:

– жизнь чужая…

подражанье –

чужая межа,

на меже на чужой –

дрожать

и мешать!

К чёрту жалость

и жадно жить.

Подражателей заражая,

озорство заряжая,

бить витражи,

душ витражи.

Через век, через миг –

ни души!

Подражать –

по чужим следам бежать,

это, значит не удержать

своего рубежа.

От себя,

как от смерти бежать,

как от смерти –

не убежать!

Подражать –

губы жертвенно сжать,

перед словом чужим

дрожать.

Не желаю

жужжать подражанием,

а в стихах,

как в боях, –

мужать.

От рождения

в утро раннее

я кричу:

– Нет желания

подражать,

чтоб чужое перепевать.

Подражать –

жёсткий

в сердце удар ножа!

Это вечно в душе –

пожар!

Это враг тебе руку

пожал!

Это значит себя

не жаль!

Подражания продолжать,

продолжению подражать

не хочу!

 

* * *

 

Как птицы в клетках,

бьются годы

в тревожной клетке века.

Сто равномерных бьются раз…

Тряхнёшь после дождя –

(в слезах вся) –

ветку

и капля, словно год,

                              о-

                                бор-

                                     ва-

                                          лась…

 

Одиночество

 

Одиночество в природе,

одиночество в крови,

одиночество в свободе,

одиночество в любви.

Одиночество в разлуке,

одиночество – в лицо!

Одиночество, как руки,

крепко сжатые в кольцо.

Одиночество при встрече,

одиночество в тоске.

Одиночество – навечно!

Разделить нельзя ни с кем

 

* * *

 

Что же шепчут нам метели?

Позабытые ноэли,

или то, что постарели,

всё в мечтах о пастореле,

мы с тобою в самом деле?

Помнишь, как зимою ели

шелестели, шелестели –

что-то светлое нам пели?

Мы с тобою ошалели –

снег в лесу лукаво ели.

Годы быстро пролетели,

нам казалось еле-еле

мы ползём к заветной цели.

Оглянуться не успели,

в наши волосы метели

моментально залетели…

Неужели?