Алла
Арцис

* * *

Мой человек зимы, Вот он: Слегка растрёпан Снежный его парик, Перевитые букли Скомканы и набухли, Пали на воротник. Мой человек зимы, Вот он: Метель по нотам С рук у него клюёт: В честь Магдалены Анны Трубы звучат органно, Лёд разбивая влёт.

* * *

Мой человек зимы Парит в разъёме вьюги, Напялив невпопад Ущербный лунный нимб. Забыт приют Фомы – Его расстриги-фуги Летят на снегопад, И следуют за ним И нотная тетрадь, И праздничные мессы, И галочьих следов Исчёрканный клавир, И сумрачную гладь Степенный Вайсе-Эльстер Катит – ни дать, ни взять, Как есть Гвадалквивир. А если ты испил От струй Гвадалквивира, Твой пересохший рот Ночной зефир хватал – Так из последних сил Иди и темперируй Разновеликих вод Расплавленный металл… Всё перекроет снег – Перекроит неспешно, Смахнёт последний блик, И на границе тьмы, Замедлив нотный бег, Оставит неизбежно И фуги, и парик Мой человек зимы.

* * *

Двенадцатый удар, Бокалы – вдрызг. Блестит на ёлке шар В фонтане брызг. Весёлый беспредел – Кругом пальба: И он взлететь хотел, Да не судьба. Какой-то рок, Фата-Морганы бредь – Из года в год На ниточке висеть. Нарядный вид, Сусальные бока – Ну ладно, повисит Ещё пока…

* * *

Попробуй-ка в прозе – Не выйдет: прилепятся рифмы, И строчки протянут Кошачьи изящные лапы В картинные позы, И хрестоматийные мифы Увязнут когтями В желтке настороженной лампы. Попробуй навскидку Проверить былую сноровку: Другая орбита – И по траектории скользкой На тоненькой нитке Судьба пролетит остановку, Теряя из виду Родные московские кольца. Попробуй-ка скинуть Узду и ослабить подпругу, Пока фейерверки По окнам расцвеченным шарят. Есть выбор – не сгинуть, Продолжив по новому кругу: На праздничной сверке Я шарик, я шарик, я шарик.

* * *

Всё, что было – Ах, что было – Разбазарила душа: Пролетело и уплыло – Оказалась без гроша. Дней истомных, ночек шалых, Просьб нескромных, жарких слов Был цветастый полушалок, Да остался без цветов. Подвела такая малость: Счастье прибыло сполна, Да гитара разыгралась, Да и лопнула струна.

* * *

Поговори со мною, в лад спой, Судьбу по картам проиграй влёт. Да у судьбы на всё расклад свой, А карту как ни выбирай – врёт. Поговори со мной, слова вставь, Согрей, как будто тёплый плед свей. А ты твердишь своё: «Я прав» – прав, А лучше было бы, чтоб ле- вей. Ну что ещё тебе могу дать Взамен утраченных давно снов? Стоит на дальнем берегу рать, Да не наведено к ней мо- стов, А то бы дали бы такой бой, Да закрутили всё вокруг в вихрь: Внезапно встретились бы с то- бой – Встреч будто не было бы дру- гих. Как будто первая из всех встреч – Как будто в жизни можно дать круг. Послушай, милый мой, не пе- речь, А вдруг получится всё, а вдруг? Поговори со мною, в лад спой, Судьбу по картам проиграй влёт. Да карту как ни выбирай – врёт, А у судьбы на всё расклад свой.

* * *

«Сидел Ваня на диване»* Из квартета ре-мажор – На чугунном нотном стане Темы кованый узор. Среди встреч и расставаний, Среди криков «браво, бис» Сколько лет скучает Ваня Без крещендо и реприз. Но зато с каким терпеньем, Словно слыша Музы клич, Внемлет музыке и пенью Умилённый Пётр Ильич.

* * *

Немного музыки, застывшей подо льдом: Пока метель, как голубица, ворковала, Текла мелодия из камня и металла, Мечтая в тёплом море вынырнуть потом. Забыть про Ваню, доморощенного франта, Но так же щёлкая, как семечки, семь нот, По новой влиться в лиц и флейт водоворот Под новым именем – возможно, Иоланта. А Пётр Ильич сидел в папахе снеговой, В мохнатой бурке, чтоб не мёрзнуть на диване, И было ясно – это Петя, а не Ваня, Как крысолов, уводит звуки за собой По мёрзлой улице в расцвеченную хмарь, Где новый год уже настал две тыщи энный, И рой мальков из остывающей вселенной С надеждой тычется в земной стеклянный шар. Сквозь купол нот не проникает ураган – Метель московская не вот тебе угроза, Пока раскидывает «во поле берёза»**, Как крылья, лаковые крышки фортепьян.

_______________

* русская народная песня, тема из Струнного квартета №1 ре-мажор П.И. Чайковского.
** русская народная песня, тема из Симфонии № 4 фа-минор П.И.Чайковского.

* * *

Моцарт играет в рулетку, Нищий играет на скрипке: Блёсткие, словно монетки, Нотки скорее подсыпь-ка. Что там – орёл или решка Звонким аккордом рингтона? Не угадаешь, конечно, – Нет для бессмертья закона. Все мы тут бродим под богом, Знаки заветные ищем. Вечность проходит под боком Об руку с пьяненьким нищим.

* * *

Опять зима, опять Сороковая*, Февраль. Молчит, недоумение скрывая, Рояль, Пока кларнет, и тоненькие скрипки, И бас, Щебечут, чтобы свет в проёме зыбкий Не гас. На сорок сороков сороковины Окрест – Что празднует метель под крик совиный И треск Сорочий, и нечаянные трели Синиц? А Моцарт стих в уютной колыбели – Он спит. Сопит, угрет под пологом из кружев – Пока Дотянется до клавиш и закружит Рука, Нащупав стебельки волшебных музык – И сны Слетаются ко лбу его, как музы Весны.

_______________

* Симфония № 40 В.-А. Моцарта

* * *

Гвадалквивир – и сонная Кордова, И суетный Кадис – Течёт река от века золотого К самой Севилье, вниз, Где ярмарка с полуночи открыта, Ловушка для разинь, И смело нарушают Карменситы Запреты для Розин. Там женщины любимы и желанны – Из затенённых хор На лик благочестивой Донны Анны Взирает Командор.

* * *

Пуста арабская казна, И мавры изгнаны из рая – Их времена, как племена, Прошли, доспехами играя, Сопровождая ценный дар Для католической короны, Пустил идальго Дон Эрнан Ацтекских кладов галеоны По волнам крови и вина, Что на просвет одно и то же. Но времена, как имена, – И непохожи, и похожи, И забываются, как пир, Где было пролито немало И где поэту перепало «Шумит, бежит Гвадалквивир».