Алиса Апрелева

Алиса Апрелева

Четвёртое измерение № 17 (365) от 11 июня 2016 г.

Подборка: Полынь-звезда

Только хорошее

 

Я научилась помнить только хорошее.

Поэтому

я забываю

разбитые тобою блюдце и сердце:

ослепительно белое, с голубой каёмочкой.

 

За окном третьи сутки – снег.

 

уСЛОВноСТИ

 

Ничего нет бессмысленнее производства стихов

                                                     о производстве стихов

(думала я однажды, четыре года тому как,

                                бабочку поэтиного сердца прикалывая к картону).

Но вот август, купе, жара, и в моём HTC отчего-то –

                                                «вечный воденников»,

а потом «вечный никритин» и потом ещё кто-то

                                    (чуть менее вечный, но тоже в себя влюблённый).

 

Никто ничего не отнял, но (уже по привычке)

                                                            спрашиваешь: «Почём?» –

(уже по привычке же руку в кармане джинсов держа),

и где-то вверху желудка шевелится слово «дом»,

и сердце, пугаясь такой громадины, пытается убежать.

 

И ведь помню, как обзаводилась канифолью Jade,

                                    билетом Москва – Бостон, двумя ясноглазыми детьми,

как говорила себе (и другим), что нет,

                                    дескать, не дождётесь, и никогда снова...

Но, собирая, склеивая, соштопывая в одно

                                    рассыпавшуюся army of me,

убеждаюсь, что это возможно только посредством Слова.

 

* * *

 

М.

 

Прорастаешь сквозь мои руки, врастаешь в сердце,

Прекраснейший из людей, Небесного Града посланник!

Скажи, как мне, любовь, на тебя насмотреться,

тобой надышаться, тобой, отрада, нарадоваться?

 

Эта ли радость, Дева и Матерь, душу

Твою полнила, делая знания горечь

и для Святой – едва выносимой, плавясь – в оружие

Света Светлого, в Животворящую Богоречь?

 

Эта ли радость, Отче, тобой обещана

каждой? Это ли путь тишины берегу?

Щёки мои, как пыльцой, перемазаны вечностью,

Чаша вскрай, и календари не лгут.

 

Прорастаешь сквозь мои руки, моим же взглядом

Смотришь, любовь, вспять обращая память;

Из города снов к стенам Тишайшего Града

Уходим, и небо смыкается под нами.

 

* * *

 

Всё, что пишется взглядом по небу,

не выстукивается по клавишам,

                        не вычерчивается на бумаге.

Вот и получается «снова-меня-не-поняли».

Я – очень маленький,

но страдаю манией

величия собственных жестов и фраз

(парафраз

трудного детства),

мне некуда деться

от своих рук,

я – кандидат наук

о мёртвых бабочках,

слетающих с языка

(и – прилипших к сухому нёбу),

я боюсь: сквозняка,

превратиться в амёбу,

темноты, воды

и того, что меня – догонят...

 

P.S. Но то, что пишется взглядом по небу…

 

* * *

 

А так хочется урвать напоследок чуть-чуть черничного,

                                                дымчатого, едва созревшего лета,

Но в трёх полуднях пути снова щурится хищная Боинг-птица,

И тогда я широко открываю глаза,

                                    немедленно слепну от слишком яркого света

И понимаю, что, в сущности, это всё тебе снится.

 

И я оборачиваю вокруг себя новый часовой пояс,

Оборачиваюсь чем-то диким и несмешным,

И, как шахидка в пригородный поезд,

Вхожу незамеченной в твои сны…

 

Ж: Живёте

 

...неб-режность –

это когда небо режут

на части;

 

не-брежность –

отсутствие берега,

небережёные мысли...

 

Н: Наш

 

...где-то в самом глубоком сне

я неминуемо

становлюсь комнатой, в два окна, с высокими потолками;

 

и вот – ты,

на пороге,

с письмом в руке,

нерешительно...

 

* * *

 

Плача, оплакивая, мы плачем о своей потере,

о том, чего не было,

о мимо проходящем времени, о прошлом, о будущем.

Так плачет ребёнок, ощущая ещё,

как туго натягивалась тонкая лента, почти не веря…

А шарик уже летит в свободное, яркое, совсем другое небо.

 

ONCE AGAIN

 

Taming the time

in a hotel, somewhere

at the edge of the snow

and the City, where too many lines

interflow,

where names of the streets are unfairly

pierce to the eyes, where my every word

intertwines

with someone’s…

 

So, here am I, Lord,

floating

upstream the night in a rocking chair,

my hands so empty, with no seeds of silver,

look, can’t feed the dreams Thou blessed me to guard,

so, here, they are growing apart,

my little dreams,

look, they are flocking behind,

my scared, my fuzzy, fun dreams,

flocking behind,

framed by a random decentish painting

hanging

from one of the walls,

when,

look, I am still-life-still-waiting,

still live, still waiting I am,

for turquoise to turn white,

for the face in the mirror  to smile,

for the air to silken-thin,

letting it all begin

 

ONCE AGAIN

 

2010