Алексей Мерзляков

Алексей Мерзляков

Уж день бледнеющий скрывался 
В багряных западных странах, 
И мрак струями разливался 
На голубых небес полях. 
Почили бури, ветры рьяны 
На лоне бездн, в утесах гор; 
В морях волнуясь злато-рдяны, 
Являл багровый вечер взор. 
С светилом кротким дня прощаясь, 
На грудь Морфея опираясь, 
Во исступлении драгом 
Природа нежная молчала, 
Под кровом тишины дремала; 
И я, простившись с быстрым днем, 
С заботой алчной, суетами, 
Иду кровавый пот омыть, 
Горяще сердце прохладить 
Покоя сладкого струями. 
Иду под тихий, низкий кров, 
В мое жилье уединенно, 
Где дружба, простота, любовь 
Готовят счастье мне священно. 
Не роскошь, низких душ кумир, 
Не сонм утех, забав презренный, 
Не сладкогласны тоны лир 
Мои днесь члены отягчении 
К покою будут призывать: 
Улыбка дружества усердна, 
Спокойна совесть, чиста, верна, 
Мой рай, моих веселий мать. 
Весна прекрасною рукою 
Дерновый одр украсит мой, 
Труд дневный позовет к покою. 
Души моей тиран презлой, 
О скука, фурия надменна! 
Ты в час сей будешь умерщвленна, 
Иссякнет яд твой для меня! 
Но, ах! когда вещаю я! 
Почто горячие ручьями 
Стремятся слезы из очей 
И сердце томное с словами 
Трепещет во груди моей? 
Сие ли признак счастья, свойство? 
Таков, таков ли мой покой? 
Терплю в день муки, беспокойство, 
В ночь плакать я иду домой, 
В поту, в трудах, в заботах страшных 
Мне днем скучает солнца свет; 
А ночью сон в мечтах ужасных 
Мой скорбный дух терзает, рвет; 
Что ложе кроткое, смиренно 
Мое, слезами омоченно, 
Сие ль завидный жребий мой? 
И что ж тоски моей причина? 
Ах, мысль о родине драгой, 
Несчастий горестных пучина, 
Протекшие златые дни, 
Друзей возлюбленных лишенье - 
Вот лютое мое мученье! 
Вот скорби лишь мои одни! 
Шлем юности с меня срывая, 
Железны узы налагая, 
Мне время грозно говорит: 
«Ты в свет вступил! терпи несчастья 
И бодрствуй в бурные ненастья, 
Лей слезы, рвись, так рок велит. 
Склони хребет забот под бремя, 
Ищи ты редко счастья семя 
И на своей земле взращай, 
Себя и бурный свет познай!» 
Какой урок, судьба, премена 
Для нежных молодых сердец, 
Для коих юность драгоценна 
Была щит, мир, краса, венец! 
Для коих радость усмехалась, 
Природа нежна улыбалась, 
Для коих жизнь - приятный сон, 
Которы в сладком упоенье, 
В блаженном, ангельском забвенье 
Не знали к счастию препон; 
Не знали, что и их мечтанье 
Когда-нибудь пройдет, как дым, 
И что их милое стяжанье, 
Беспечность, улетит за ним? 
Но, ах! Сатурн свирепый, страшный 
Разит! - и под его косой 
Трещит столетний дуб, ужасный, 
И розы вянет жизнь драгой, 
И яры бездны исчезают, 
И малы реки иссякают; 
Разит, ломает, рвет - и младость, 
И наша младость так, как цвет, 
Поблекнет, вянет, пропадет; 
Исчезнет мир, спокойство, радость. 
Угрюма осень жизни злой, 
Шумяща влажными крылами, 
Лазурный горизонт над нами 
Покроет скучной, томной мглой. 
Ревущи тучи бед ужасных 
Примчит к нам время на крылах, 
Примчатся к нам заботы алчны, 
Чтобы терзать в своих когтях. 
Тогда-то случай дерзновенный 
Сорвет завесу с наших глаз, 
И в новый свет, нам неизвестный, 
Введет противу воли нас; 
Введет! - и роза, цвет прекрасный, 
Расти уж будет на песках, 
  
И смертный, слабостью злосчастный 
Свой строит храм - на суетах! 
И я спокойством наслаждался, 
И для меня весна цвела, 
Невинной радостью питался, 
Природа мой покров была. 
Красой своей меня пленяя 
И тьмою уст ко мне вещая, 
Была учитель первый мой; 
Трясуща небеса громами 
И море покрывая мглой, 
Вещала будто бы словами: 
«Смотри, вот сила, власть моя!» 
Иль пламенны дожди лия, 
Иль бурных вод расторгнув цепи, 
Иль ветров льдистые заклепы, 
Или в грудях кремнистых гор, 
В кипящих адом безднах мрачных, 
Между стихий свирепых, страшных 
Всесильным перстом движа спор, 
И, вдруг раздрав гранитны скалы 
Иль взбросив горы к облакам, 
Горящие рекой кристаллы 
Из жерл проливши по лугам, 
С ужасным треском, шумом, громом 
Свершала казни над Содомом, 
Трясла от страха тьму веков - 
Вот месть против моих врагов! 
С ударом долу повергался 
И прах слезами растворял, 
С ударом чтить добро я клялся 
И мстящу руку лобызал. 
Мой глас по рощам раздавался, 
Природы в недрах отозвался, 
И мой закон запечатлен. 
Святая кротка добродетель, 
Спокойства нашего содетель! 
Тобой одной я был пленен: 
Сколь мог - хранить устав твой тщился, 
Где падал - слабость признавал, 
Другого осудить страшился, 
Простя себя - другим прощал. 
Мне жизнь была - цепь услаждений, 
А ты, возлюбленна страна, 
Небесных образцом селений, 
Была ты раем для меня! 
  
Но, ах! всегда ль луга пестрятся 
Цветами нежныя весны? 
Всегда ли дерева гордятся, 
В зеленый цвет облечены? 
Не часто ль час иль миг единый 
Труд рушит множества веков? 
И ежели Сатурн несытый 
В плачевный, мрачный вид гробов 
Преобращает горды стены 
И царства, славой вознесенны, - 
То храмик счастья моего, 
На бурном море утвержденный, 
Из ломка льда сооруженный, 
Возмог ли снесть удар его? 
Воззрел! - строенье затрещало, 
Подвиглось, развалилось, пало, 
Всё случай злой с землей сровнял, 
И я - как будто счастлив вечно 
На свете здешнем не бывал; 
Иль будто в сне я скоротечном 
Мечтал о днях драгих, златых, 
Проснулся и - уж нету их. 
Луч юности драгой, прекрасной 
Исчез тогда передо мной, 
В пучине некоей я мрачной 
Бродил чуть с блещущей свечой; 
Там страсти лютые, несметны 
Змиев под видом разноцветных 
Шипели, ползая в цветах; 
В лазурных блещущих огнях 
Мне мира суеты блистали, 
Влекли к себе, меня пленяли, 
И, ах! угодно так судьбам, 
Я плену их поработился, 
Не внял родительским слезам, 
Друзей оставил - удалился, 
Летел за льстивою мечтой, 
Летел и не владел собой. 
Увы! кто мог сопротивляться 
Движеньям сердца своего? 
Кто с сердцем мог своим сражаться? 
Я мучусь, рвусь и - чту его! 
Оно влекло меня всей силой 
Досель из родины драгой; 
Теперь и в сей стране постылой 
Уж мучит, рвет мой дух тоской. 
Уже трекратно здесь цветами 
Пестрились горы и луга, 
Трекратно дерева плодами 
И муравой цвели брега. 
Но в общей радости согласной 
Не мог участвовать мой дух: 
Древа, цветы и воды ясны - 
Всё мрачно зрелось мне вокруг. 
Печаль, что сердце мне снедала, 
Казалось, весь пространный свет 
Собой наполнив, помрачала. 
Вот грусти моея предмет! 
  
Священна тишина, спустися! 
Простри свой жезл в поля, в луга! 
Пусть сном вселенна осенится, 
Престанут волны бить в брега! 
Умолкнут бури разъяренны, 
В утесах гор запечатленны. 
Пусть всё под сенью рук твоих 
Заснет на лоне безмятежном, 
Пусть всё, кроме лишь мук моих! 
На столп опершись безнадежный, 
Что силен потрясти зефир, 
Могу ль иметь я в сердце радость, 
В унылой жизни - прежню сладость, 
В душе смущенной - тихий мир? 
И сон, несчастных утешитель, 
Отрада всех, благотворитель, 
И сладкий сон от глаз бежит, 
Светящих теплыми слезами, 
И между гордыми стенами 
Любимцев счастия блажит. 
Я не хочу их пышной доле 
Отсель завидовать отнюдь: 
Судеб покорен сильной воле, 
Сношу их дар - их грозный суд, 
Они беды ко мне послали 
И вместе утешеньем дали 
Мне слезы, силы рассуждать. 
О вечер сладостный, прелестный! 
Под сению твоей любезной, 
Оставив шумный, скучный град, 
Когда на лоно сна склонится 
Воззванный царь светил тобой, 
Мой дух смущенный устремится 
В пределы родины драгой. 
Тут вспомню о друзьях я милых, 
Об матери, отце моем 
И в мыслях мрачных и унылых 
Вздохну - и горьких слез ручьем 
Я чувства сердца обнаружу. 
Ты во цветы вливаешь душу, 
Во перлах слез, в росе живой: 
Я током слез моих омою 
Растерзанную грудь тоскою, 
И оживлю в ней - мир драгой. 
  
          1797


Популярные стихи

Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Сатана»
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Письма римскому другу»
Николай Некрасов
Николай Некрасов «Памяти Добролюбова»
Юрий Левитанский
Юрий Левитанский «Мое поколение»
Геннадий Фатеев
Геннадий Фатеев «Защитникам Кавказа»
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Любовь, измена и колдун»