Александр Зимин

Александр Зимин

Четвёртое измерение № 8 (356) от 11 марта 2016 г.

Подборка: Раздвигая время

Пехота

 

Мы –

Растяпы иваны трусы

Оборона –

Размягший воск

Чёрной дыркой

Под чёлкой русой

Вытекает кипящий мозг...

Авиации нет воспетой

Истребители

Истреблены

Отсверкав молодой кометой

Умираем – удивлены...

Нам – при жизни ещё –

Писали:

«Сказка – будущая война!

Мы казацкими их усами!

Мы их касками забросаем!»

А теперь

Мы себя спасаем

Жалко – каска

На сто одна...

А теперь

Не слова а бомбы

Накрывают взрывным пластом

Самолётов визжащие ромбы

Осеняют чужим крестом...

Что им пугала пулемётов

На упорах солдатских спин?

Наша ярость – пунктирным взлётом

Лишь озвучит покой полёта

Пули слабостью недолёта

Душу мучают

До глубин...

В штатном списке –

Стоит батарея

Длинношеих зенитных кобр

Сердце стылое вера греет –

Тыловик не предатель

А вор!

Врал в отчётах...

И без зениток

Под бомбёжку мой полк попал –

Как мне хочется

Чтобы сбитый

Немец облако пропахал!

Чтобы носом арийским нюхал

В русском воздухе вонь войны

Чтобы верил подсудным слухам

Что сильны мы не только духом

Чтобы месивом в землю рухнул

Первым взносом своей вины!..

Вот он снова открыл кассету –

Смерть на нас

Смерть на нас

Смерть!

Политрук – в кулаке газета –

Из нагана б достать суметь!

А его не возьмёшь наганом

И газета – не защитит

Он весёленьким хулиганом

Растатарски стервятным ханом

Над Россией – речным оргaном

Раззадоривает аппетит...

«Гутен морген!» – берёт на мушку

Малой бомбочкой пригвоздит

Пролетит – проведёт усушку

Развернётся

И налетит!

И пехота

Как на охоте

Как затравленный сворой зверь

Кто в бесстрашии

Кто в икоте

Не таясь – о благом исходе

Каясь молится старовер

Только мимо бы!

Только б мимо!

Там бы сила ещё нашлась!

Говорит политрук:

– Терпимо

Всё ребята неповторимо –

Скоро танки пойдут на нас...

...Эх Россия моя родная...

Сам убью

Если кто побежит!

Как мы выжили

Я не знаю

Видно –

Очень хотели жить

 

Военный парадокс

 

Аэродром

Прибитая трава

Ревут могуче жаркие машины

У них на небо веские права

И лёгкий нрав –

Шмелиный и блошиный...

Кругом – война

Душа в кольце пустынь

И тело в коконе-комбинезоне

Ложись браток

И замирай и стынь

Не на земле –

В запретной миру зоне...

Но вот однажды стайка воробьёв

За проволоку смело залетела

И не боясь учений и боёв

Куражилась чирикала галдела...

Птенцов нашли почти у колеса

Нельзя взлететь

Но вылет не отложишь!

И оказалось – нежные сердца

У лётчиков под задубевшей кожей!

Руками откатили самолёт

Спасали воробьиных лебедей...

Хрипит в наушниках:

– Натуралисты – взлёт!

Ушли бомбить чужих живых людей

 

Полярный Урал

 

1945

 

От Сейды до Лабытнанги –

Сто семьдесят каторжных вёрст

Без отчества и без ранга

Во вшивой колонне мёрз

Мы строили полустанки

Погосты свои – лагеря

Морозы – покруче танков

Утюжили с октября...

Конвойный в тулупе – барин

И перед Родиной чист

И с вышки трофейной фарой

Слепит под метельный свист

Спокойно берёт на мушку

Надежду на лучший мир

За каждого – спирта кружка

«Казбек» или там «Памир»...

Я вспомню и цепенею...

И песня мне горло рвёт:

«Чтоб жили Есенин и Ленин

И водочный был завод...»

 

1957

 

Свобода моя – ворота

Срываем её с петель

Конвойному – с разворота!

Всю жизнь я ему хотел!

За брата

Отца

И друга

За вбитый прикладом крик

За то что «бугор» – ворюга

«Шестёрка» – комдив-старик...

Со злости сбиваем пешки

Покойного короля

Грехи его и огрешки

Проказами нам горят...

На кладбище

На колени

И снова тоска плывёт:

«Чтоб жили Есенин и Ленин

И водочный был завод...»

 

1969

 

От Сейды до Лабытнанги –

Сто семьдесят медленных вёрст

И прошлое

Наизнанку

Встаёт до погасших звёзд...

Дорога – трухой развалин

Из тундры до снежных гор

Могилы меня позвали –

Немой и глухой укор...

Кирпичные полустанки

Застывшая наша кровь

Остатки жилья

Останки

Людей проклинавших кров

На нарах – тифозных нарах...

Увидеть бы наш барак

На свае как сам я старой

Поставить бы траурный флаг...

Сезонные пассажиры –

Студенты

Отпускники

Вниманье своё транжирят

На местные пустяки –

Вон чумы озёра олени...

А песня мне сердце рвёт:

«Чтоб жили Есенин и Ленин

И водочный был завод

Чтоб жили Есенин и Ленин

И водочный был завод...»

 

* * *

 

Г. Дееву

 

Поле русское

Сердце вольное

Звонкой музыкой

Грусть раздольная!

Нет предела сил

Нет любви преград

В синей-синь-выси

Только коршун – брат...

Тошно мне в толпе

Городов – не жаль

И бегут столбы

Облака кружат...

Взвейся жаворон

Ниже падай – змей:

Чёрный наговор

На душе моей:

Будто жизнь прошла

Будто в страхе жил

Будто бы души

Так и не нажил...

Врёте – вороны!

Нет ещё конца

Милой стороны

Моего лица!

Позовут – взойдём

Лбом над небылью

Озимью растёт

Дело смелое...

Не грусти дружок –

Бой закатится

Ворон-воронок

Поздно схватится –

Унесут меня

В зеленя Руси

Мать-сыра земля

Ветром сголосит...

Лишь бы жизни жить

Лишь бы взмахом крыл

Мой последний вдох

Доброту укрыл

 

Памяти Владимира Высоцкого

 

Всё –

Отпел...

Не кони – звери –

Увезли из маяты

Крышкой гроба

Будто дверью

Размахнувшись

Хлопнул ты...

Всё

Отпел

Тебя отпели

Смерть стреножила коней

Воют чёрные метели

В голос с горестью моей...

Напророчил –

В битве с грязью

Поскользнулся на грязи

Песню силу правду –

Разом

С гор

Под жуткий мох низин...

А зрачок магнитофона

На меня опять – в упор

Тошно...

Жалоба со стоном

Словно плаха и топор...

За оградкой

На нейтральной

На кладбищенской –

Цветы

От России

Театральной

От киношной красоты...

Легкомудрые студенты

Муз казённые жрецы

Нишком в Цум

За чёрной лентой –

Траур вырос в дефицит!..

А корявая Россия

Для которой ты и пел

Горевала голосила

Под гитарный твой распев...

Не вошли в Москву солдаты –

Штрафники

Они в раю

Грустно

Вроде виноваты

Допевают

На краю...

Над землёй

С пластинки неба

Хрип и крик ещё плывут

Замолчат –

И нечисть небыль

Недобиты – оживут...

Нет!

Бегом к магнитофонам

И в раздавленной ночи

Послесмертно

Страшно

Ново

Хрип на нечисть закричит!..

И в семейных нишах-норах

И в чистилищах больниц

Песня эта сушит порох

Поднимает сбитых ниц...

Нет!

Не чёрные метели –

Совесть светлая зорит

И Земля не опустела

Песня –

Воспаренье дела

Стих –

Историю творит!

 

* * *

 

Чёрт меня подери –
Я тону в нашей встрече
Долгожданной
Как мудрое вече
И набаты урочного часа
На почтамте
Нам меряют счастье
И в стихе безнадёжного Блока
Открываю хранилище прока
И ни капли
Нет склочности в грусти
Грусть – исток
А свидание – устье...
Обнялись разделённые части
И куранты
Кукукают счастье

 

* * *

 

На плечи мягко ляжет грусть

Раздвинет кто-то шторы

Толкнёт –

Я слабенько упрусь

И глухо брякнут шпоры...

Так я войду в кухонный ад

И мыть и бить посуду

Сажать

Наш личный общий сад –

Оттуда и досюда...

А шпоры

Тысячи подков

Избитых на дорогах –

Дары для бойких чудаков

И дёшево и много...

Увы –

Бычки турнир трубят

И ловят шлейф богини

В рядах отчаянных ребят

Любовь – отчаясь

Гибнет...

Смотри внимательно на них

Запомни ясно-ясно:

И стан божественный

Поник

И грусть её

Прекрасна...

По хитрым тропам

День и ночь

Подковы землю рубят

Опять уходят люди прочь

А их – вдогонку

Любят

А ты...

Стряхни под ноги грусть –

Присягу знаю

Наизусть

Отдёрни шторы входа в ад –

Я в шпорах

Я ещё – солдат!

 

* * *

 

Со святыми в упокой

Не могу –

Критичен

Русский дерзостный запой

С атаманским кличем!..

Сам себя обрёк

Навек

Сторониться века

Без толпы я –

Человек

Без богов –

Калека...

Сомневаюсь

Но не весь

Слушаю

Не более

Новый шаг

И день и весть –

Накопленье боли

 

* * *

 

А. Галичу

 

Я ваш оракул

И певец

И летописец

Не ставлю точку

И мелодию продлю

Пора вас и унизить и возвысить

Сказать вам –

Ненавижу и люблю!

Я ненавижу годы ожиданий

Без громких дел

И славных перемен

И ненавижу праздники братаний

За буднями уступок и измен...

Но признаюсь –

Мне нравятся и ныне

Любовь и спорт

И хмель удачных вин

И все друзья

По горестной гордыне

И даже привкус

Горестных гордынь!..

Я – это вы

И худшего не надо

Но лучшего мне тоже не найти

Мои слова

Плевком или наградой

Идут на вас –

Добить или спасти!

Нас не добить –

Забросьте добивалки

Мы яд вранья под водку –

И живём

И не спасти –

Во всевселенской драке

Мы не дадимся подлости живьём...

Так что же петь –

Злословить славословить?

К чему склонять

И с хрустом выпрямлять?

Мы не прижились

Ни в казармах логик

Ни в вольностях

Где разиным гулять...

Рассудит кто

Осудит

Оправдает?

Своим судом себя не оправдать...

Ещё кричу

Но сердце умолкает

Вот и узнал

Как больно умолкать...

Воспеть и обличить

Не успеваю –

Поёт в пелёнках

Третья мирова-уа-я...

 

Считалка

 

Через двадцать –

Бахвалится маршал

Через тридцать –

Темнит майор

Через сорок –

Станок и пашня

Трёхлинейкой гатят в упор...

Откукует войне полвека –

Тихо радоваться начнём

Шёпот честного человека

Вспыхнет бешеным трубачом!

Бронзогорлово ночь расколет

И народы сойдутся в круг

Побелеют в пожатьях боли

Кулаки их сердец и рук...

И в могилы траншей и кладбищ

Упадёт

Без вранья прикрас

Друг наш

Брат наш

И наш товарищ –

Шестьдесят миллионов раз

 

Баллада о Варшавском восстании

 

Раздвигаем время

Видим в чёрной толще

Как в аду германском

Горевала Польша...

Яростью восстанья

Вспыхнула Варшава –

Тяжело давалась

Будущая слава...

Вовремя с востока

Над зовущей Вислой

Русская армада танками нависла!

А Варшава стонет

А Варшава плачет

А Варшава дни за днями

В пламени горит...

Но в Кремле от счастья

Млели изуверы

Чуяли кончину

Вольной польской веры

Приказали подло –

Не врываться в город

Не мешать арийцам

Пересилить гордых...

Армия нависла

Силою напрасной

А от польской крови

Стала Висла красной...

И Варшава стонет

И Варшава плачет

И Варшава дни за днями

В пламени горит...

Стравливали звери

Двух орлов в потёмках

Думали иудами

Вырастить потомков...

Но не каждый русский

Совести лишился

И приказ нарушить

Честный полк решился!

А Варшава стонет

А Варшава плачет

А Варшава дни за днями

В пламени горит...

И пошли на помощь

И пошли на гибель

Как Христос по водам шли

А больше – по крови...

Возрождали Грюнвальд

Умирали честно

Людова и курская и Краёва –

Вместе...

И Варшава плачет

И Варшава помнит

А Варшава год за годом молится о них

 

Джаз

 

Раскатился

Гороховым грохотом

Громобойцы земной напарник –

Барабанным тревожащим рокотом

Прорывается в соло

Ударник!

Саксофоны-чревовещатели

Изогнулись

По-лебединому

Контрабас пробасил непечатное

Стройной смуглой гитаре в спину

И залились визгливым смехом

Трубы –

Вызовом хулиганским

Торжествующая потеха –

Джаз залётный

Заокеанский!..

Пристяжная! Работай бёдрами!

Изломаем шарманку ритма!

Самым твёрдым и трижды гордым

И азартно

И сибаритно!

И – вперёд!

Не держи – не трогайте!

Разрывайте синкопы

Парни!

Барабанным грохочущим рокотом

Разорался

В раю

Ударник!

 

Маме

 

Обрывки

Строчки

Фразы

Мысли

Слоятся в гаснущем мозгу

Но ручку в кулаке затисну

Как тайну

Нужную врагу...

Настольный свет

На белый лист

И прорвой тянущей

Постель

Окончен день

Ты тих и чист

На рубеже своих недель...

Молчишь мальчишка...

Все слова

Раздал нелепо белым днём

Минута будней – неправа

Сжигает спичечным огнём...

И вот горелые слои

Обрывков

Строчек

Мыслей

Фраз

Бормочут горести свои

Свои дела

В полночный час...

 

* * *

 

Ты отстранилась
И грустишь
Меня легко не замечаешь
Ушла в загадочную тишь
В неведомом – души не чаешь
И призрачный уют двоих
Ломаешь отрешённым взглядом
И в белых рученьках твоих
Вино горит багровым ядом...
Никто тебя не угадал –
Ни суть ни таинства отрады
А я напористо мечтал
И вот – с тобой
Скучаю рядом...

 

 

* * *

 

Мы – разные и врозь...
Но как расстаться
С волшебно озаряющим лицом
И неожиданно хрустальным
Весёло-изумлённым взглядом?
И с плавной шеей лебедя – рукой
И с негой в ней
Под тонкой звонкой кожей?
А грудь?
Ты ей гордишься мило –
Два острых спелых яблока в соку!
Прекрасное – не знать
Теряя совершенство?..
...Я был твоим гнездом –
Калачиком свернувшись
Ты плотно-плотно нежила меня
Я лбом горячим к лобику родному –
Игра чудесная! –
По-детски приникал –
Доверие –
Не верить невозможно!
Услада тайны жизни –
Мы!..
И врозь и разные? –
Молва навет
Самообман каприза...

 

* * *

 

Ж. Зиминой

 

За жертву сладкую –

Любовь

За веру в нас

Паршивых

За жизнь

Где рабский рай воспой

И вырвешься из вшивых

За тиф

Губивший королев

Проклявших все короны

За то что жив я

Отболев

Тоской потерь-уронов

За несравненную мечту

За сны

В канавах ночи

За то

Что я ещё прочту

За всё что надо –

Очень

За то

Что был боготворим –

Как за руку

Из грязи

За то

Что хрипло говорим

И трудно лезем в князи

За хоть и временный

Уют

За пламя жадной ласки

За всё

Что женщины дают

И кроют красной краской

За постоянство –

До могил

За мужество

И вдовство

За мир

Разбитый на куски

И собранный потомством

За всё

Что держит на щите

И с чем расстанусь скоро

За милую

Что в нищете

Не попрекнёт укором

За то

Что я ещё пишу

Вцепившись в глотку смерти

Родные

Тихо вас прошу –

Меня никем

Не мерьте...

 

* * *

 

Не летаю больше

Не летаю

Снятся драка ругань и война

До утра дырявый бок латаю

Золотого – в юности – руна...

Днём тем более

Заботоносец пеший

И не вижу горнюю судьбу

В нервоплясках

Еле уцелевший

В догмах чина

Чинно как в гробу...

Нет – не вру

Пусть вру

Но не летаю

Так себе –

Чуть выше облаков...

Тяжело из крыльев вырастаю

Из былых летательных оков

 

* * *

 

Неужели деньги –
Время?
И неужто жизнь –
Расчёт?!
А хотели –
Ногу в стремя
Вскачь в полёт –
И весь почёт!
Взрывом жарким яркой роли
Над смиреньем старика –
Иль амнистия и воля
Иль бессрочные срока!

 

* * *

 

И сладко

Целовать цветки грудей

И отгибать

Упругость бёдер жарких

И шеями

Добрейших лебедей –

Руками гибкими

Обнять усладу аркой!

И трепетная девушка звенит

Всем телом нежным

Разгораясь в ласке

И кружится

И кружится зенит

В глазах зовущих

И сверкают краски!

И мир лучистый

Чуден и певуч

Когда мужчину плотно примет лоно

И вновь отпустит –

Мучь не мучь замучь! –

Быстрее крепче исступлённо

Истомлённо...

Тела растаяли

И радугою – свет

И молнией

Пронзила сердце нега

И расцветает

Сладостный рассвет

И благовест

И колокольчик эха...

И пальцы чуткие

Ласкаясь у соска

Опять зовут

Спуститься к чуду губы

И снова сила

Твёрдо-высока

Свободу бёдер

Удлиняясь губит

И снова

В лоне девичьем горят

Две страсти

Лебедятами парят

Сплетаются

И самый нежный стон

На тетиве играет купидон

 

* * *

 

Темны

Начала всех начал

Неправда – поводырь оценки

Кто мне во сне в тоске кричал

И бился в пыточном застенке?..

И кислой ржавчины налёт

На душу лёг

И душно давит

Положен утренний полёт –

Архангел – в пропасти оставит...

Бреду истоками начал

И брежу миражом оценок...

Себе я яростно кричал

В себе

Ломал родной застенок