Александр Твардовский

Александр Твардовский

На войне — в пути, в теплушке, 
В тесноте любой избушки, 
В блиндаже иль погребушке,— 
Там, где случай приведет,— 
  
Лучше нет, как без хлопот, 
Без перины, без подушки, 
Примостясь кой–как друг к дружке, 
Отдохнуть... Минут шестьсот. 
  
Даже больше б не мешало, 
Но солдату на войне 
Срок такой для сна, пожалуй, 
Можно видеть лишь во сне. 
  
И представь, что вдруг, покинув 
В некий час передний край, 
Ты с попутною машиной 
Попадаешь прямо в рай. 
  
Мы здесь вовсе не желаем 
Шуткой той блеснуть спроста, 
Что, мол, рай с передним краем 
Это — смежные места. 
  
Рай по правде. Дом. Крылечко. 
Веник — ноги обметай. 
Дальше — горница и печка. 
Все, что надо. Чем не рай? 
  
Вот и в книге ты отмечен, 
Раздевайся, проходи. 
И плечьми у теплой печи 
На свободе поведи. 
  
Осмотрись вокруг детально, 
Вот в ряду твоя кровать. 
И учти, что это — спальня, 
То есть место — специально 
Для того, чтоб только спать. 
  
Спать, солдат, весь срок недельный, 
Самолично, безраздельно 
Занимать кровать свою, 
Спать в сухом тепле постельном, 
Спать в одном белье нательном, 
Как положено в раю. 
  
И по строгому приказу, 
Коль тебе здесь быть пришлось, 
Ты помимо сна обязан 
Пищу в день четыре раза 
Принимать. Но как?— вопрос. 
  
Всех привычек перемена 
Поначалу тяжела. 
Есть в раю нельзя с колена, 
Можно только со стола. 
  
И никто в раю не может 
Бегать к кухне с котелком, 
И нельзя сидеть в одеже 
И корежить хлеб штыком. 
  
И такая установка 
Строго–настрого дана, 
Что у ног твоих винтовка 
Находиться не должна. 
  
И в ущерб своей привычке 
Ты не можешь за столом 
Утереться рукавичкой 
Или — так вот — рукавом. 
  
И когда покончишь с пищей, 
Не забудь еще, солдат, 
Что в раю за голенище 
Ложку прятать не велят. 
  
Все такие оговорки 
Разобрав, поняв путем, 
Принял в счет Василий Теркин 
И решил: 
— Не пропадем. 
  
Вот обед прошел и ужин. 
— Как вам нравится у нас? 
— Ничего. Немножко б хуже, 
То и было б в самый раз... 
  
Покурил, вздохнул и на бок. 
Как–то странно голове. 
Простыня — пускай одна бы, 
Нет, так на, мол, сразу две. 
  
Чистота — озноб по коже, 
И неловко, что здоров, 
А до крайности похоже, 
Будто в госпитале вновь. 
  
Бережет плечо в кровати, 
Головой не повернет. 
Вот и девушка в халате 
Совершает свой обход. 
  
Двое справа, трое слева 
К ней разведчиков тотчас. 
А она, как королева: 
Мол, одна, а сколько вас. 
  
Теркин смотрит сквозь ресницы: 
О какой там речь красе. 
Хороша, как говорится, 
В прифронтовой полосе. 
  
Хороша, при смутном свете, 
Дорога, как нет другой, 
И видать, ребята эти 
Отдохнули день, другой... 
  
Сон–забвенье на пороге, 
Ровно, сладко дышит грудь. 
Ах, как холодно в дороге 
У объезда где–нибудь! 
  
Как прохватывает ветер, 
Как луна теплом бедна! 
Ах, как трудно все на свете: 
Служба, жизнь, зима, война. 
  
Как тоскует о постели 
На войне солдат живой! 
Что ж не спится в самом деле? 
Не укрыться ль с головой? 
  
Полчаса и час проходит, 
С боку на бок, навзничь, ниц. 
Хоть убейся — не выходит. 
Все храпят, а ты казнись. 
  
То ли жарко, то ли зябко, 
Не понять, а сна все нет. 
— Да надень ты, парень, шапку,— 
Вдруг дают ему совет. 
  
Разъясняют: 
— Ты не первый, 
Не второй страдаешь тут. 
Поначалу наши нервы 
Спать без шапки не дают. 
  
И едва надел родимый 
Головной убор солдат, 
Боевой, пропахший дымом 
И землей, как говорят,— 
  
Тот, обношенный на славу 
Под дождем и под огнем, 
Что еще колючкой ржавой 
Как–то прорван был на нем; 
  
Тот, в котором жизнь проводишь, 
Не снимая,— так хорош!— 
И когда ко сну отходишь, 
И когда на смерть идешь,— 
  
Видит: нет, не зря послушал 
Тех, что знали, в чем резон: 
Как–то вдруг согрелись уши, 
Как–то стало мягче, глуше — 
И всего свернуло в сон. 
  
И проснулся он до срока 
С чувством редкостным — точь–в–точь 
Словно где–нибудь далеко 
Побывал за эту ночь; 
  
Словно выкупался где–то, 
Где — хоть вновь туда вернись — 
Не зима была, а лето, 
Не война, а просто жизнь. 
  
И с одной ногой обутой, 
Шапку снять забыв свою, 
На исходе первых суток 
Он задумался в раю. 
  
Хороши харчи и хата, 
Осуждать не станем зря, 
Только, знаете, война–то 
Не закончена, друзья. 
  
Посудите сами, братцы, 
Кто б чудней придумать мог: 
Раздеваться, разуваться 
На такой короткий срок. 
  
Тут обвыкнешь — сразу крышка, 
Чуть покинешь этот рай. 
Лучше скажем: передышка. 
Больше время не теряй. 
  
Закусил, собрался, вышел, 
Дело было на мази. 
Грузовик идет,— заслышал, 
Голосует: 
— Подвези. 
  
И, четыре пуда грузу 
Добавляя по пути, 
Через борт ввалился в кузов, 
Постучал: давай, крути. 
  
Ехал — близко ли, далеко — 
Кому надо, вымеряй. 
Только, рай, прощай до срока, 
И опять — передний край. 
  
Соскочил у поворота,— 
Глядь — и дома, у огня. 
— Ну, рассказывайте, что тут, 
Как тут, хлопцы, без меня? 
  
— Сам рассказывай. Кому же 
Неохота знать тотчас, 
Как там, что в раю у вас... 
  
— Хорошо. Немножко б хуже, 
Верно, было б в самый раз... 
  
— Хорошо поспал, богато, 
Осуждать не станем зря. 
Только, знаете, война–то 
Не закончена, друзья. 
  
Как дойдем до той границы 
По Варшавскому шоссе, 
Вот тогда, как говорится, 
Отдохнем. И то не все. 
  
А пока — в пути, в теплушке, 
В тесноте любой избушки, 
В блиндаже иль погребушке, 
Где нам случай приведет,— 
  
Лучше нет, как без хлопот, 
Без перины, без подушки, 
Примостясь плотней друг к дружке, 
Отдохнуть. 
А там — вперед.

Популярные стихи

Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Подражание Горацию»
Николай Рубцов
Николай Рубцов «Тихая моя родина»
Юлия Друнина
Юлия Друнина «Прощание»
Николай Рубцов
Николай Рубцов «Сентябрь»
Леонид Филатов
Леонид Филатов «Оранжевый кот»
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Встретились двое...»
Евгений Евтушенко
Евгений Евтушенко «Кончики волос»