Александр Твардовский

Александр Твардовский

Нынче речи о Берлине. 
Шутки прочь, - подай Берлин. 
И давно уж не в помине, 
Скажем, древний город Клин. 
  
И на Одере едва ли 
Вспомнят даже старики, 
Как полгода с бою брали 
Населенный пункт Борки. 
  
А под теми под Борками 
Каждый камень, каждый кол 
На три жизни вдался в память 
Нам с солдатом-земляком. 
  
Был земляк не стар, не молод, 
На войне с того же дня 
И такой же был веселый, 
Наподобие меня. 
  
Приходилось парню драпать, 
Бодрый дух всегда берег, 
Повторял: «Вперед, на запад», 
Продвигаясь на восток. 
  
Между прочим, при отходе, 
Как сдавали города, 
Больше вроде был он в моде, 
Больше славился тогда. 
  
И по странности, бывало, 
Одному ему почет, 
Так что даже генералы 
Были будто бы не в счет. 
  
Срок иной, иные даты. 
Разделен издревле труд: 
Города сдают солдаты, 
Генералы их берут. 
  
В общем, битый, тертый, жженый, 
Раной меченный двойной, 
В сорок первом окруженный, 
По земле он шел родной. 
  
Шел солдат, как шли другие, 
В неизвестные края: 
«Что там, где она, Россия, 
По какой рубеж своя?..» 
  
И в плену семью кидая, 
За войной спеша скорей, 
Что он думал, не гадаю, 
Что он нес в душе своей. 
  
Но какая ни морока, 
Правда правдой, ложью ложь. 
Отступали мы до срока, 
Отступали мы далеко, 
Но всегда твердили: 
- Врешь!.. 
  
И теперь взглянуть на запад 
От столицы. Край родной! 
Не на шутку был он заперт 
За железною стеной. 
  
И до малого селенья 
Та из плена сторона 
Не по щучьему веленью 
Вновь сполна возвращена, 
  
По веленью нашей силы, 
Русской, собственной своей. 
Ну-ка, где она, Россия, 
У каких гремит дверей! 
  
И, навеки сбив охоту 
В драку лезть на свой авось, 
Враг ее - какой по счету! - 
Пал ничком и лапы врозь. 
  
Над какой столицей круто 
Взмыл твой флаг, отчизна-мать! 
Подождемте до салюта, 
Чтобы в точности сказать. 
  
Срок иной, иные даты. 
Правда, ноша не легка... 
Но продолжим про солдата, 
Как сказали, земляка. 
  
Дом родной, жена ли, дети, 
Брат, сестра, отец иль мать 
У тебя вот есть на свете, - 
Есть куда письмо послать. 
  
А у нашего солдата - 
Адресатом белый свет. 
Кроме радио, ребята, 
Близких родственников нет. 
  
На земле всего дороже, 
Коль имеешь про запас 
То окно, куда ты сможешь 
Постучаться в некий час. 
  
На походе за границей, 
В чужедальней стороне, 
Ах, как бережно хранится 
Боль-мечта о том окне! 
  
А у нашего солдата, - 
Хоть сейчас войне отбой, - 
Ни окошка нет, ни хаты, 
Ни хозяйки, хоть женатый, 
Ни сынка, а был, ребята, - 
Рисовал дома с трубой... 
  
Под Смоленском наступали. 
Выпал отдых. Мой земляк 
Обратился на привале 
К командиру: так и так, - 
  
Отлучиться разрешите, 
Дескать, случай дорогой, 
Мол, поскольку местный житель, 
До двора - подать рукой. 
  
Разрешают в меру срока... 
Край известный до куста. 
Но глядит - не та дорога, 
Местность будто бы не та. 
  
Вот и взгорье, вот и речка, 
Глушь, бурьян солдату в рост, 
Да на столбике дощечка, 
Мол, деревня Красный Мост. 
  
И нашлись, что были живы, 
И скажи ему спроста 
Все по правде, что служивый - 
Достоверный сирота. 
  
У дощечки на развилке, 
Сняв пилотку, наш солдат 
Постоял, как на могилке, 
И пора ему назад. 
  
И, подворье покидая, 
За войной спеша скорей, 
Что он думал, не гадаю, 
Что он нес в душе своей... 
  
Но, бездомный и безродный, 
Воротившись в батальон, 
Ел солдат свой суп холодный 
После всех, и плакал он. 
  
На краю сухой канавы, 
С горькой, детской дрожью рта, 
Плакал, сидя с ложкой в правой, 
С хлебом в левой, - сирота. 
  
Плакал, может быть, о сыне, 
О жене, о чем ином, 
О себе, что знал: отныне 
Плакать некому о нем. 
  
Должен был солдат и в горе 
Закусить и отдохнуть, 
Потому, друзья, что вскоре 
Ждал его далекий путь. 
  
До земли советской края 
Шел тот путь в войне, в труде. 
  
А война пошла такая - 
Кухни сзади, черт их где! 
  
Позабудешь и про голод 
За хорошею войной. 
Шутки, что ли, сутки - город, 
Двое суток - областной. 
  
Срок иной, пора иная - 
Бей, гони, перенимай. 
Белоруссия родная, 
Украина золотая, 
Здравствуй, пели, и прощай. 
  
Позабудешь и про жажду, 
Потому что пиво пьет 
На войне отнюдь не каждый 
Тот, что брал пивной завод. 
  
Так-то с ходу ли, не с ходу, 
Соступив с родной земли, 
Пограничных речек воду 
Мы с боями перешли. 
  
Счет сведен, идет расплата 
На свету, начистоту. 
Но закончим про солдата, 
Про того же сироту. 
  
Где он нынче на поверку. 
Может, пал в бою каком, 
С мелкой надписью фанерку 
Занесло сырым снежком. 
  
Или снова был он ранен, 
Отдохнул, как долг велит, 
И опять на поле брани 
Вместе с нами брал Тильзит? 
  
И, Россию покидая, 
За войной спеша скорей, 
Что он думал, не гадаю, 
Что он нес в душе своей. 
  
Может, здесь еще бездонней 
И больней душе живой, 
Так ли, нет, - должны мы помнить 
О его слезе святой. 
  
Если б ту слезу руками 
Из России довелось 
На немецкий этот камень 
Донести, - прожгла б насквозь» 
  
Счет велик, идет расплата. 
И за той большой страдой 
Не забудемте, ребята, 
Вспомним к счету про солдата, 
Что остался сиротой. 
  
Грозен счет, страшна расплата 
За мильоны душ и тел. 
Уплати - и дело свято, 
Но вдобавок за солдата, 
Что в войне осиротел. 
  
Далеко ли до Берлина, 
Не считай, шагай, смоли, - 
Вдвое меньше половины 
Той дороги, что от Клина, 
От Москвы уже прошли. 
  
День идет за ночью следом, 
Подведем штыком черту. 
Но и в светлый день победы 
Вспомним, братцы, за беседой 
Про солдата-сироту... 
  
          1945

Популярные стихи

Валентин Гафт
Валентин Гафт «Музыка»
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Я строил из себя...»
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «На Земле безжалостно маленькой»
Юрий Кузнецов
Юрий Кузнецов «Я пил из черепа отца...»
Андрей Макаревич
Андрей Макаревич «Знаю и верю»
Яков Полонский
Яков Полонский «Н.А. Грибоедова»