Александр Щедринский

Александр Щедринский

я стал чужим. повсюду стал чужим. 
так вышло. стал чужим везде, как дым 
в москве с тех пор, когда её никто 
не жжёт, не собирает в решето. 
и чуждость так равна небытию – 
в ней пустота, в ней точка, буква «ю» – 
почти конец, но только рождество 
виднеется в конце почти всего. 
а так, и до конца я не дойдя, 
завис в срединных капельках дождя, 
что за мгновенье до паденья вниз 
лишь задевают краешком карниз. 
и вновь летят, не падая, застыв – 
стоп-кадр в городах, где я был жив. 
где я кого-то прежде обнимал, 
а утром на дорогу занимал 
домой. теперь я в доме стал чужим. 
я выгляжу отныне, как отжим 
от всех своих идей, стихов и мечт, 
которые ни в чём не смог сберечь. 
по улицам бреду – «чужой, чужой!» 
мерещится мне в лицах, что за мной, 
передо мной, над мной и подо мной. 
и вновь водой питаюсь дождевой. 
умыться и на мир взглянуть сквозь сон. 
ты потерялся. ты не ты, не он. 
ты просто зазвучавший в ночь кларнет – 
звук есть, а вот романтики в нём нет. 
потерянный, простреленный, сквозной. 
ты с бытием закадровым связной – 
дивятся все, что дышишь до сих пор, 
пускаешь кровь и жидкости из пор. 
пускаешь ярких зайчиков наверх – 
ответа нет. ответ, пожалуй, сверх- 
уныл в общенье с господом твоим, 
закупоренным в твой ершалаим. 
переходи скорей – от буквы «ю» – 
тебя сотрут и, видимо, убьют – 
в «у»-«ю» звучит «ублюдок», «по рублю» 
     – 
всё, кроме «саша, я тебя люблю». 
а значит, не грустить, не горевать. 
как говорил поэт, одна кровать – 
вся наша жизнь. кровать и простыня. 
а всё другое - постная муйня. 
так и смирюсь, шагнув на переход, 
хватая воздух ртом. из-за, из-под 
пространства грузно вылезут они – 
те, что считают скопом наши дни. 
мне пальцем ткнут: «вводи». и я введу. 
и скажут мне: «войди». и я войду. 
и там останусь. нужно выживать –  
как рембо руку, душу зашивать.


Популярные стихи

Давид Самойлов
Давид Самойлов «В деревне»
Юрий Кузнецов
Юрий Кузнецов «Атомная сказка»
Алексей Плещеев
Алексей Плещеев «Отчизна»
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Людям, чьих фамилии я не знаю»