Александр Ёлтышев

Александр Ёлтышев

Четвёртое измерение № 20 (476) от 11 июля 2019 г.

Подборка: Фундаментальное Ничто

Беспилотник

 

От платформы пробудившейся

со свистом

разбегается экспресс без машиниста.

 

Пассажиры, устремлённые вперёд,

перепуганы – их оторопь берёт,

 

и гнетёт неистребимая тоска,

словно стая потеряла вожака.

 

Вдаль несётся обезглавленный экспресс

сквозь научно-человеческий прогресс.

 

Он прибудет в расчудесный новый мир,

где не будет нужен даже пассажир,

 

где, безлюдные связуя города,

так и мечутся пустые поезда.

 

В них порядок, тишина и чистота –

человечества всегдашняя мечта...

 

Но пока ещё несовершенен мир,

и трясётся беспризорный пассажир.

 

Не терзай себя: идиллия близка,

всё закончится – и страхи, и тоска.

 

Друзьям

 

Даже не имея ни гроша,

из себя не корчите страдальцев,

если не нашли карандаша,

то пишите кончиками пальцев.

 

Истину вбирая на скаку,

часто невпопад и с опозданием,

выводите за строкой строку

в воздухе прерывистым дыханием.

 

Манускрипт, застывший над Земшаром,

не подвластен мировым пожарам.

 

* * *

 

А в душе полыхает свет

не с утра, а с прошедшей ночи,

настроение – лучше нет,

от восторга весь мир всклокочен!

 

Прибываю в аэропорт

без волнений и опозданий,

всюду техника – высший сорт,

чудо-сервис, уют, комфорт,

зал несбыточных ожиданий.

 

Снег

 

Вдали белел саянский позвонок,

понтонный мост был инеем усеян.

Мой первый снег растаял в Енисее,

свой первый снег запомнить я не мог.

 

А раздирает память грохот льдин

на всём пути сквозь время и пространство.

Какая тишь. Покой и постоянство,

и мягкий свет нетающих седин.

 

Пьяная баржА

 

О бесшабашной той поре

шрам на губе напоминает.

Буксир-толкач по Ангаре

баржу с водярою толкает.

 

По вечерам под фальш-трубой,

где так уютно и прохладно,

бутылки, списанные «в бой»,

вскрывает резвая команда.

 

Царил обманчивый покой,

когда не приглашали в гости,

когда закон полусухой

мозги высушивал до злости.

 

По перекатам – пилотаж:

«вихрями» поднимая пену,

берут баржу на абордаж

сибирские аборигены.

 

Пред ними мрачно предстаёт

старпом, он зол и безобразен:

Здесь доблестный ангарский флот,

а не какой-нибудь магАзин.

Вот так, шпана, надеюсь, ясно!

Но это он уже напрасно...

 

Наш залихватский экипаж

(такая горькая умора)

познал, что значит абордаж,

не из романов Фенимора.

 

……………………………

 

С тех пор лихих прошли века,

иного не хватило б срока

понять: жизнь – вечная река

и нет в ней устья и истока.

 

Двуединство

 

Основались Лыко и Мочало

у реки, где вольница скучала,

туча в небесах луну качала,

катер отрывался от причала,

птичья стая в небесах кричала,

радио настойчиво вещало,

сердце воспалённое стучало,

грозно шило из мешка торчало… 

 

Истина суровая крепчала,

вырываясь искрой из кресала:

там фундаментальное начало,

где царит, достойно пьедестала,

двуединство Лыка и Мочала!

 

Старый скалолаз

 

Васе Гладкову

 

Бывает, рухнешь, злобный и усталый,

в глубокий сон.

Но вдруг Морфей тебе подарит скалы,

и ты спасён

 

от самобичеваний, словоблудий

и от хандры,

когда тебя безжалостно разбудит

призыв горы.

 

Что умный в горы силы не потратил

(в обход готов),

известно. Скалы сотворил Создатель

для мудрецов.

 

Выступление

 

Мы в зоне строгого режима

читаем вольные стихи.

И клуб, как сжатая пружина

страданий, злобы и тоски.

 

Сомнений нет: гнетущим шрамом

на сердце ляжет этот край,

где крест над православным храмом

целует сонный вертухай.

 

Караульная гора

 

Противясь катаклизмам и пожарам,

наш город охраняем Красным яром.

 

Укрытая надёжной звёздной кровлей,

вершина коронована Часовней.

 

И вздрагивает стойко лик Святого

от грохота снаряда холостого.

 

Чёрная сопка

 

Густою волною таёжная хвоя

закутала бережно огненный след.

Вулкан отгремевший оплывшей свечою

стекает в притихший Саянский хребет.

 

Тревожным покоем просторы обдало,

ему здесь вовеки царить суждено.

Но всё-таки магма не зря клокотала,

а может, напрасно… Не всё ли равно?

 

Большой Взрыв

 

– Что было до Большого Взрыва,

до детонации его?

Мудрец ответил чуть тоскливо:

Одно сплошное Ничего.

 

Эффектно вкрученное слово,

как трюк с гадюкой в шапито.

Выходит, что всему основа –

Фундаментальное Ничто!

 

Мильярды лет растёт и множится,

по сути, полное ничтожество!

И эту весть во все концы

разносят наши мудрецы...