Рубрика: Четвёртое измерение

Владимир Алейников

Владимир Алейников

Отзвуки праздника

И была для меня страница
Как лечебница, как темница, –
Белым, белым она цвела,
Неизвестно куда вела
Меж акаций и меж холмов,
Меж домов, до того знакомых,
Что оправданность их – не промах
Поселившихся в них умов,
Меж прохожих – им нет числа –
О бродяжничество без басен! –
И, числом календарным красен,
Начинался уж май, опасен
Тем, что нынче запьют со зла
И, в бессилии лица вскинув,
Благо ветер им дует в спины,
Побредут по гостям, – иль просто
Как бы неким подобьем роста
Меж деревьев и меж погод
Пробудится средь них разброд, –
И, отринув немой уют,
Неизвестно куда уйдут.
 
О провинции горький шик!
Демонстрации твёрдый шаг!
Поспешает уже мужик,
Позабывши про флаг, в кабак, –
Только звякают ордена
Да медали, как донца чарок.
 
А в округе шумит весна –
Полдень выпотрошен и ярок,
Льётся радужное вино
Передышкой меж южных буден –
И распахивают окно,
Точно в комнате тесно людям.

№ 35 (455) Читать
Татьяна Вольтская

Татьяна Вольтская

Ягода дождевика

* * *
 
Кто чижиком, кто воробьём,
Сиротской смертью пташьей
Мы все когда-нибудь умрём,
И это очень страшно.
 
Но ты смотри в мои глаза
И горестно, и долго.
Шумит вода, блестит слеза
В пустых лесных иголках.
 
Смотри в глаза мои, сжимай
Сырые плечи крепче.
Как старше осени – зима,
Разлука – старше встречи.
 
Прозрачен воздуха платок,
И всё, что видит око –
То и ложится в узелок,
Как чёрный хлеб в дорогу.
 
Ода траве
 
1
 
Цветущая трава, возлюбленный бурьян,
Любой, кто упадёт в тебя, да будет пьян
И, запахом твоим сражённый наповал,
Забудет, наконец, о чём он горевал,
За что он воевал, куда он путь держал,
И поглядит вослед ныряющим стрижам.
И усмехнётся он: зачем мне грудь в крестах –
Как славно голове, затерянной в кустах,
Как хорошо смотреть себе вослед – живой! –
Случайно обманув рассеянный конвой.

№ 35 (455) Читать
Марина Марьяшина

Марина Марьяшина

Обуздание времени

* * *
 
Под перегноем с подзолами прея, 
Лес представал бледно-розов.
Здесь вырастали мы в шаткое время,
Время отбросов. 
Пел нам осинник тревожные были,
И набегала дремота.
Здесь однотонную скуку мы пили ‒
Миг за три года.
Как изничтожиться ‒ выбери сам уж, 
Месяц висит, как ресница. 
Мальчикам ‒ спиться, а девочкам ‒ замуж, 
Плоти ‒ расплыться. 
Что тебе, золотко, сказы про нищих, 
Рубликом, камнем ли кинь в них. 
Сильные ставят на досках прогнивших
Отпрысков хилых.
Лица их, что дымовая завеса,
Офисный сканер, конвейер. 
А нагрешим ‒ к нам придут из собеса, 
И заговеем.
Скользкими пальцами ленту листая,
Дрябнуть, отращивать пузо. 
Стариться молча ‒ работа простая.
Тошно и пусто.
Так для чего же крещендо роялю
В ежеиюльскую стужу?
Как заклинанье шепчу, повторяю:
Вырасту, сдюжу.

№ 35 (455) Читать
Виталий Молчанов

Виталий Молчанов

По памяти вдоль

Стрекоза
 
Задёрнуты шторы. Закрыты глаза.
Предчувствие нави.
Над камнем замшелым кружит стрекоза.
Прогнать ли, оставить
Её в смутном сне? Он, похоже, и сам
Недолго продлится.
Послушные вызову, как по часам,
Являются лица
Из утренней дымки, размытой лучом,
Так зримо, бесспорно,
Как будто бы дверь отворили ключом
В мир жизни повторно
Родные до плача, до спазма души.
На пике страданья
Я прошлым, как током, внезапно прошит.
Гляжу в очертанья
Сквозь сжатые веки – закрыты глаза
Ладонями нави.
Зелёной искрой мельтешит стрекоза –
Преследует, давит
Почти невесомой своей четверной
Пульсацией крыльев.
Я руки тяну, прикоснуться б одной…
Рыдаю в бессилье.
Прижаться губами, хотя бы сказать,
Что мной не сказалось.
Я сердцем тянусь… Вот отец мой, вот мать.
Не тронула старость,
И смерть не мазнула ещё белизной
Любимые лица.

№ 35 (455) Читать
Валерий Скобло

Валерий Скобло

Невыносимая лёгкость бытия

Каменный остров
 
...Каменный остров. Начало. Детство. Прогулки с отцом.
Жили у Барочной, рядом. А за трамвайным кольцом –
ЦПКО, стадионы, Невка, гребцы, острова,
Дуб, по легенде петровский, желудь в ладошке, трава,
Особняки и заборы, карканье вечных ворон,
И медяки собиравший лодочник, новый Харон.
.....................................................………………………………
Дальше жил где-то... На Охте... Пыльный район заводской.
В окна дул ветер с разлукой и вперемешку с тоской.
Ну, там, как водится – дети, внуки, жена и семья,
И, тоже часто бывает, кажется вовсе не я
В эти трамваи садился, ехал на службу, служил,
Как-то всё трудно, натужно, до растяжения жил.
...На рядовом профосмотре, с мыслью: идти – не идти,
Ты забегаешь к хирургу, благо оно по пути.
Врач на твое: Всё в порядке... – пишет на бланке в ответ:
Срочно.

№ 35 (455) Читать
Сергей Скорый

Сергей Скорый

Себя дорогами врачую…

Кочую. По Земле кочую
 
И ведь всего такая малость –
Умом бы мог и сам дойти:
Хоть матушка не признавалась,
Но явно родила в пути
Меня. Сей факт неистребимо
Бродяжий в душу внёс замес…
Вот потому-то так любима
Мной тяга к перемене мест.
Кочую. По Земле кочую.
Я нынче здесь, а завтра – там…
Себя дорогами врачую,
Стремясь утраты наверстать.
И словно влагою целебной
Переполняется душа,
И лёгкий шелест камыша
Мне звоном кажется молебным…
 
* * *
 
За Перекопом – Родина,
Южное счастье моё…
Ни при какой погоде я
Не предавал её.
 
Крымские эти дали
Где-то хранят мой след…
Сколько они видали
В сонме горящих лет!
 
Это Чёрное море
Разве с чем-то сравнишь?
Здесь – мои радость и горе,
Здесь мои лучшие дни!
 
А я лицом окно всё плющу
 
Автобус наш – довольно старенький,
На склонах «пишет» виражи.

№ 35 (455) Читать
Майя Шварцман

Майя Шварцман

Черта оседлости

Роман с айфоном
 
Века бесхитростной интриги 
Захлопнулись, как табакерка.
Дряхлеют фабулы и книги,
прощай, эпоха Гутенберга.
 
Да здравствует великий Дарвин
с его естественным отбором.
Повёл себя нельзя коварней
процесс развитья, всё в котором
 
свелось к ленивому движенью:
скольженью пальца по экрану,
и с ним ни транса нет блаженней,
ни долговечнее романа.
 
Перепись населения
 
Мест не было. Всё под завязку. (Лука
не врал.) – Поглядите и сами уверитесь, –
твердили хозяева хором, пока
всё новые толпы валили на перепись.
Растерянный плотник стучался впотьмах
в дома и подворья, уставши заискивать:
«В углу бы соломки... жена на сносях...»
Промаявшись ночь у кострища золистого,
к озябшему ослику сбоку припав,
кой-как продержались, дрожа у обочины,
а там поднялись из опаски, что штраф
вчинят, и с рассветом пристроились в очередь.

№ 35 (455) Читать
Александр Иванников

Александр Иванников

Петербург

Тема и вариации
 
Тема
 
Снова на улице холодно,
Небо ушло в темноту.
На перекрестьях разорванных,
На разведённом мосту
Рваный, фонарный, освищенный
Свет размывает столетья,
Вырвал фигуру Поприщина,
Снова метнулся – и нет его.
 
I
 
Снова в мире холодно, холодно в мире,
Снова немота подступает к горлу,
И, словно потерянные, бродят тени по квартире,
И часы к полуночи до пружин продрогли.
 
Небо отшатнулось в страхе неотчётливом,
Заскрипели стрелки, и зашатались гири,
И за все доносы, лжи и кривотолки
Я один в ответе в этом чудном мире.
 
Я один в ответе перед Божьей памятью,
Пред незарастающей тропой народной,
Не прощай, о Господи, ни грехов, ни шалостей,
Снова в мире холодно, холодно сегодня.
 
Что-то мне пророчит эта слякоть чёртова.
Все мосты разрушены, города в руинах,
Небо отшатнулось в страхе неотчётливом,
И над телом Каина плачет Магдалина.

№ 34 (454) Читать
Дмитрий Колганов

Дмитрий Колганов

Рубаи о жизни

***

Живописует Бог полотна Бытия.
Но чем рисует он? Те краски – ты и я!
Сияй, чтоб на холсте осталась жизнь твоя
Играющим лучом, – не щепкой у ручья.
 
***
 
Древний жанр рубаи возвеличил Хайям.
Мудрость вечная сердцу живущих – бальзам.
Если мудрость извечна, то что же мешает
В этом жанре испробовать силы и нам?
 
***
 
Дела людей – стежки на ткани бытия.
Желаешь взор пленять узорами шитья?
Живи земные дни без злобы и вранья,
Водой для розы будь, кустом для соловья!
 
***
 
Ум изощряй трудом, выковывая слог,
Тогда охотник ты, а слово – твой силок.
Нанизывай навек секунды вдохновенья
В бесценные ряды запомнившихся строк.
 
***
 
Судьба то вознесёт, то зашвырнёт во мрак.
Падение и взлёт – обычный её шаг.
Вершины покорив, не стань холодным снегом.
В навоз попав, не хнычь, будь стойким, словно злак.

№ 34 (454) Читать