Владислав Пеньков

Владислав Пеньков

У жизни – козья морда, 
а ты вполне хорош, 
бедняга Квазимодо, 
но сгинешь ни за грош. 
  
Горгульи смотрят хмуро, 
глядят со всех сторон 
и веруют в натуру 
бастардов и ворон, 
  
желают навернуться 
канатным плясунам, 
а те свистят и гнутся, 
взлетают к небесам – 
  
обычные подонки. 
Чудны Его дела! 
Душа их, как пелёнки, 
то смрадна, то бела. 
  
Их ждёт внизу плясунья, 
она им дорога, 
на ней не шубка кунья, 
не шёлк, не жемчуга. 
  
Но что тебе-то, братец – 
горбун, горгулий брат! 
Есть лишь она и платьиц 
волшебный аромат, 
  
есть небо для влюблённых 
и для любви – земля 
и жемчуг обречённых – 
пеньковая петля. 
  
Пускай слюну и скалься, 
мычи, шепчи, гляди, 
скреби мохнатым пальцем 
по впадине груди – 
  
там сердце есть из мяса, 
там небо и т. д. 
И вот ты плачешь басом – 
в Париже и везде.