Владимир Маяковский

Владимир Маяковский

Обшаркан мильоном ног. 
    Исшелестен тыщей шин. 
    Я борозжу Париж - 
    до жути одинок, 
    до жути ни лица, 
    до жути ни души. 
    Вокруг меня - 
    авто фантастят танец, 
    вокруг меня - 
 10 из зверорыбьих морд - 
    еще с Людовиков 
    свистит вода, фонтанясь. 
    Я выхожу 
    на Place de la Concorde {*}. 
    {* Площадь Согласия (франц.).} 
    Я жду, 
    пока, 
    подняв резную главку, 
    домовьей слежкою умаяна, 
    ко мне, 
 20 к большевику, 
    на явку 
    выходит Эйфелева из тумана. 
    - Т-ш-ш-ш, 
    башня, 
    тише шлепайте! - 
    увидят! - 
    луна - гильотинная жуть. 
    Я вот что скажу 
    (пришипился в шепоте, 
 30 ей 
    в радиоухо 
    шепчу, 
    жужжу): 
    - Я разагитировал вещи и здания. 
    Мы - 
    только согласия вашего ждем. 
    Башня - 
    хотите возглавить восстание? 
    Башня - 
 40 мы 
    вас выбираем вождем! 
    Не вам - 
    образцу машинного гения - 
    здесь 
    таять от аполлинеровских вирш. 
    Для вас 
    не место - место гниения - 
    Париж проституток, 
    поэтов, 
 50 бирж. 
    Метро согласились, 
    метро со мною - 
    они 
    из своих облицованных нутр 
    публику выплюют - 
    кровью смоют 
    со стен 
    плакаты духов и пудр. 
    Они убедились - 
 60 не ими литься 
    вагонам богатых. 
    Они не рабы! 
    Они убедились - 
    им 
    более к лицам 
    наши афиши, 
    плакаты борьбы. 
    Башня - 
    улиц не бойтесь! 
 70 Если 
    метро не выпустит уличный грунт - 
    грунт 
    исполосуют рельсы. 
    Я подымаю рельсовый бунт. 
    Боитесь? 
    Трактиры заступятся стаями? 
    Боитесь? 
    На помощь придет Рив-гош {*}. 
    {* Левый берег (франц.).} 
    Не бойтесь! 
 80 Я уговорился с мостами. 
    Вплавь 
    реку 
    переплыть 
    не легко ж! 
    Мосты, 
    распалясь от движения злого, 
    подымутся враз с парижских боков. 
    Мосты забунтуют. 
    По первому зову - 
 90 прохожих ссыпят на камень быков. 
    Все вещи вздыбятся. 
    Вещам невмоготу. 
    Пройдет 
    пятнадцать лет 
    иль двадцать, 
    обдрябнет сталь, 
    и сами 
    вещи 
    тут 
100 пойдут 
    Монмартрами на ночи продаваться. 
    Идемте, башня! 
    К нам! 
    Вы - 
    там, 
    у нас, 
    нужней! 
    Идемте к нам! 
    В блестеньи стали, 
110 в дымах - 
    мы встретим вас. 
    Мы встретим вас нежней, 
    чем первые любимые любимых. 
    Идем в Москву! 
    У нас 
    в Москве 
    простор. 
    Вы 
    - каждой! - 
120 будете по улице иметь. 
    Мы 
    будем холить вас: 
    раз сто 
    за день 
    до солнц расчистим вашу сталь и 
     медь. 
    Пусть 
    город ваш, 
    Париж франтих и дур, 
    Париж бульварных ротозеев, 
130 кончается один, в сплошной 
     складбищась Лувр, 
    в старье лесов Булонских и музеев. 
    Вперед! 
    Шагни четверкой мощных лап, 
    прибитых чертежами Эйфеля, 
    чтоб в нашем небе твой израдиило 
     лоб, 
    чтоб наши звезды пред тобою 
     сдрейфили! 
    Решайтесь, башня, - 
    нынче же вставайте все, 
    разворотив Париж с верхушки и до 
     низу! 
140 Идемте! 
    К нам! 
    К нам, в СССР! 
    Идемте к нам - 
    я 
    вам достану визу! 
  
              [1923]

Рекомендуем стихи Владимира Маяковского