Татьяна Ивлева

Татьяна Ивлева

Четвёртое измерение № 33 (201) от 21 ноября 2011 г.

Подборка: Залётный ангел

* * *

 

Я живу, как и ты –

Злым сегодняшним днём,

Где в тисках суеты

Мы зажаты вдвоём. 

 

Нет упрёков судьбе.

И судьбы больше нет.

Каждый сам по себе.

Каждый знает ответ.

 

Нет вестей-новостей

Для друзей и подруг.

В бездорожье путей

Выбран замкнутый круг.

 

Ни мираж голубой,

Ни привычный уют,

Ни былая любовь

Нас уже не спасут.

 

Врозь по кругу идём

В связке будничных уз.

В одиночку вдвоём

Тащим – каждый свой груз.

 

Февраль

 

Февраль. Достать чернил и плакать!

Борис Пастернак

 

До слёз мне зиму эту жаль.

В душе и за порогом – слякоть,

А пастернаковский февраль

Велит достать чернил и плакать.

 

И плачу, плачу – в три ручья,

Как дух февральской непогоды.

О чём? – Не всё ль равно? Ведь я –

Частица взбалмошной природы.

 

Переживём с ней как-нибудь

Вираж февральский високосный,

Мятежный, снежный, влажный бунт

Во мне и в воздухе грипозном.

 

Наплачемся навзрыд и всласть

За все растаявшие зимы.

Они приходят, чтоб пропасть.

Белы. Прозрачны. Уязвимы.

 

Непредсказуемы. Тихи.

Сродни и сумраку, и свету.

Швыряют, как снежки, стихи

Влюблённому в февраль поэту.

             

И голубая кровь чернил

По белой, будто снег, бумаге,

Ручью весеннему сродни,

Течёт в размашистой отваге.

 

* * *

 

Стремительно уходят поезда,

Стрелой пронзая старые вокзалы…

Уходят вопреки. И навсегда,

В январский дождь, в закат прощально алый.

 

Но остаётся новая любовь,

Стихийная, как слёзы на ресницах,

Нежданная, как две строки стихов

На чистой, только начатой странице.

 

Сверчок

 

Мой маэстро Сверчок, доставай свой смычок –

Приглашён к тебе в гости дружок Светлячок!

Он надел на себя золотой сюртучок,

Он зажёг для тебя золотой огонёк.

Светлячок – простачок, и ему невдомёк,

Что за дверью раскинул сачок Паучок...

Мой маэстро Сверчок, тёмен двери зрачок.

Паутины клочок – вовсе не пустячок!

Запирайся, Сверчок, на железный крючок,

Спрячь смычок в башмачок – и молчок!

 

* * *

 

Сама не знаю, почему,

Я вспоминаю шум вокзала,

Где, как сестру, тебя встречала

И мчала к дому моему.

 

На белой скатерти стола,

Тобой из всех цветов любима,

Наивно и неповторимо

Всю ночь камелия цвела.

 

Грибной пирог и крепкий чай.

Вино на донышке бокала.

И нам до первых птиц внимала

Хранительница тайн – свеча.

 

Даря покой, свеча горит –

Благословенно дружбы пламя!

Душа с душою говорит,

И ангел молится над нами.

 

Ещё не застит душу мгла.

Тиха, как рысь, твоя повадка...

Мне невдомёк, что без остатка

Меня уже ты предала.

 

Осколки горьких тайн моих

С твоей руки клюют кликуши...

Зачем, наш уговор нарушив,

Ко мне подманивала их?

 

Была единственной из всех,

А стала лишь одной из прочих.

И точно червь, мне сердце точит

Твой, за моей спиною, смех.

 

* * *

 

Не рванусь за синей птицей –

Птицей взгляда твоего.

Нет резона, нет амбиций,

Нет того, ради кого...

 

Не открою в полночь двери –

Не зови, не прекословь.

Я давным-давно не верю

В беззаветную любовь.

 

Не плети силки и снасти.

Не надейся на улов.

Я не птица редкой масти,

Я – маститый птицелов.

 

* * *

 

Мой светлый Ангел, ты зачем ко мне?

Не расправляй светящиеся крылья –

Они угаснут под слоями пыли

На этой заземлённой глубине.

 

И не касайся сердца моего

Такою совершенною рукою,

Такою нежной, неземной такою,

Какой достойно только Божество.

 

Здесь, в погребах земного бытия

Тебе не выжить без небес и света,

А я уже привыкла к жизни этой,

Привыкла, что мы порознь – ты и я.

 

Тебе – вершить небесный твой балет,

Мне – золушкой служить мостов горящих,

Таких воздушных и ненастоящих...

Тебя привлёк обманный этот свет.

 

Не для тебя сожжённая страна –

Лети, любимый, молодой, красивый...

Хранимая твоей небесной силой,

Мой путь земной осилю я одна.

 

* * *

 

Ларисе Агеевой

 

Мой старый, пропавший и найденный друг,

Как быстро крылатые месяцы мчатся!

Рожденье и смерть – вечно замкнутый круг,

В котором так мало отмеряно счастья.

 

С напёрсток любви и без счёта потерь,

Но вдоволь труда и напрасной надежды.

Добра от добра мы не ищем теперь,

Мы стали мудрей и терпимей, чем прежде.

 

И, память о прошлом печально храня,

Тебя об одном лишь прошу, заклинаю:

Не выпусти рук, не отвергни меня!

Здесь, в мире чужом, ты душа мне родная.

 

Китайский мотив

 

Перстенёчки мне дарил,

Возвращаясь из Китая.

«Дорогая, – говорил, –

Золотая...

Драгоценная моя –

Свет спасительный в тумане.

Я – моряк, а ты – маяк

В океане».

Ветер парус твой унёс.

На любовь твою колдую.

Из Китая ты привёз –

Молодую.

Китаянку молодую,

Жёлтым солнцем налитую, –

Золотую, золотую –

Драгоценную.

Чёрный кофе ей варил,

Перстенёчки ей дарил,

По-китайски говорил:

«Ах, бесценная...

Ах, бесценная моя –

Свет спасительный в тумане.

Я – моряк, а ты – маяк

В океане».

 

Залётный ангел

 

Светлым днём из ночи тёмной,

С рыжим локоном на лбу,

Босоногой и бездомной

Залечу в твою судьбу.

 

Утолю твои печали,

Исцелю тебя от бед.

Небеса нас обвенчали –

Будем счастливы сто лет.

 

Что же медлишь ты у двери?

Прилетаю не впервой...

Не узнал? Иль не поверил?

Я – залётный ангел твой.

 

Не внимай чужим советам –

Зорко сердце лишь одно.

Мне одной теплом и светом

Одарить тебя дано.

 

Но, похоже, не желаешь

Ты ни света, ни тепла...

Что ж, прощай, мой друг, как знаешь.

Я в судьбе твоей была.

 

Диалог

 

Если кто-то плачет сейчас в ночи,

без причины плачет в ночи,

он плачет обо мне.

Райнер Мария Рильке

 

– О чём ты плачешь, голову клоня?

– Печалюсь, что не любишь ты меня.

– О чём смеёшься – без причины, вдруг?

– Коснуться счастлив я любимых рук.

– Что ищешь с ярким факелом в ночи?

– Я к сердцу твоему ищу ключи.

– Найдёшь пустыню, гибельность песков...

– Что ж, в тех песках погибнуть я готов!

– Зачем ты хочешь голову сложить?

– Затем, что без любви не стоит жить!

 

* * *

 

И вот я говорю: «Деньги, деньги...»

Из песни Григория Данского

 

Светоч глаз моих, Отче небесный,

Милость яви – освети мне день мой,

Если вокруг саранчой повсеместно

Свет затмевают деньги, деньги.

Не оставь меня, мой Милосердный,

Если, слепая, иду не с теми.

Хором они повторяют усердно

Бодрый рефрен на вольную тему:

«Деньги, деньги, всесильные деньги –

На алтаре Золотого Тельца!

Вечный кумир наш – нощно и денно,

От Сотворения и до Конца».

Рвись, душа, между светом и тенью –

К Богу темны и тернисты пути.

Вот и я говорю: деньги, деньги...

Смилуйся, Светлый Господь, и прости!

 

* * *

 

Бледный ангел, мой хранитель,

Умоляю, чуть дыша:

Посети мою обитель,

Дивно крыльями шурша!

 

Слышу, дождь стучит по крыше,

Вижу дно луны в окно,

Но тебя мне ни услышать,

Ни увидеть не дано…

 

Оттого-то и не верю,

И затворницей живу.

Оттого закрыты двери,

Остальное – дежавю.

 

Ода зонту

 

Гроза грохочет, рвётся в бой,

Разгромлена округа!

Но зонт закрыл меня собой

И защитил – как друга.

 

Мчит грузовик по мостовой,

Взорвав волну упруго,

Но зонт закрыл меня собой

И защитил – как друга.

 

Крут водосточных труб разбой

С их круговой порукой!

Но зонт закрыл меня собой

И защитил – как друга.

 

Мой верный зонт, защитник мой,

Ты спас меня – как друга!

И потому, придя домой,

Тебя поставлю в угол.