Александр Балтин
—
Грустный мир
ВТОРАЯ ДАЧА
Вторую дачу дедовскою звали,
хоть дед скончался много лет назад.
И домик захламили, закидали
всем, чем угодно. Старенький бильярд...
А шишечки кровати отблистали,
теперь сереют, обижая взгляд.
Вот медогонка. Ульев больше нет.
Отходы жизни отбирают свет.
На полках книги старые, бутыли...
Соль в пачке стала камнем. Всюду пыль.
Часы когда-то весело ходили,
наскучила им, верно, наша быль.
Зачем всё это люди сохранили?
Но жизнь вообще едва ль имеет стиль.
Велосипед, а где колёса? Где-то.
Июлем жарким золотится лето.
Тут в комнате - прохлада, полумрак,
И...плесенью попахивает что ли?
Какие-то коробки. Я никак
не разберу, что в них? Усилья моли
пальто свели на нет. А тут коньяк?
Нет, масло. Не хватает силы воли
всё разобрать и выбросить. На кой
хранить? Однако, густ вот здесь покой.
Солдатиков находишь оловянных,
перебираешь детские мечты,
они из ряда чистых - окаянных
сегодня за собой не помнишь ты.
От кубиков, конечно, деревянных
лучатся токи детской чистоты.
И пыль покрыла руки, сочиняя
действительность - и как тебе такая?
Иди на свет. Шесть соток, рядом шесть.
Две дачи, и у них один хозяин.
А с прошлого не состригают шерсть,
и прошлым каждый в сущности ужален.
Числа твоим воспоминаньям несть.
Жарою лета сам ты переварен.
Жасмин у дома. Зелень. Огород.
И твой сороковой тягучий год.