Николай Старшинов

Николай Старшинов

Николай СтаршиновИз книги судеб. Николай Константинович Старшинов родился 6 декабря 1924 года в Москве.

1932-1942 – учёба в 282-й московской школе.

1938-1940 – Посещение литературной студии при Московском доме художественного воспитания детей.

1941, осень – роет окопы с одноклассниками под Малоярославцем; зимой – дежурит ночами на крыше своего дома, гасит «зажигалки».

1942, август – призыв в армию, учёба в пехотном училище.

1943, январь – отправка на фронт, участие в боевых действиях.

1943, август – тяжелейшие ранения в ноги от разорвавшейся рядом мины.

1944, февраль – демобилизация по инвалидности.

1944, март – поступление в Литинститут.

1944, декабрь – знакомство с Юлией Друниной.

1947, март – Старшинов и Друнина – участники Первого Всесоюзного совещания молодых писателей; первые публикации в «толстых» журналах.

1948 – больница; тяжёлая форма туберкулеза.

1951 – первая книга поэта «Друзьям» (издательство «Молодая гвардия»).

1955 – защита диплома в Литинституте, работа в журнале «Юность».

1962, октябрь – уход на вольные хлеба.

1963-1966 – «Литовский период» в жизни и творчестве Старшинова.

1972, сентябрь – зачислен редактором альманаха «Поэзия».

1977, сентябрь – преподавательская работа в Литинституте.

1983 – премия «Ленинского комсомола» – «за произведения последних лет и многолетнюю плодотворную работу с молодыми авторами».

1984 – присуждение Государственной премии РСФСР имени М. Горького за книгу стихов «Река любви».

1997, август – последняя рыбалка Старшинова, во время которой с ним случился инсульт.

1998, 6 февраля – смерть поэта; Николай Константинович похоронен на Троекуровском кладбище в Москве.

 

* * *

 

В далёком 1991 году Министерство культуры России поручило Всесоюзному Дому народного творчества (было же такое!) провести международный поэтический конкурс «Глагол». Его организаторы объявили о большом количестве призов и наград. В нём приняла участие и наша «Сорокапятка». Мы могли себе тогда такое позволить и учредили две премии по пять тысяч рублей для отечественных авторов, и две – для зарубежных. Им предоставлялась возможность отдохнуть в одном из санаториев Кавказских Минеральных Вод. По результатам конкурса был выпущен двухтомник со стихами лауреатов.

Председателем «Глагола» стал Николай Константинович Старшинов. Тропа в кабинет главного редактора отдела поэзии издательства «Молодая гвардия» была проложена.

Но что это был за кабинет!

– Присаживаетесь! – приглашает главный.

А куда? Весь кабинет завален рукописями. Они лежали на подоконнике, на книжном шкафу, громоздились высочайшими стопками на полу, заняли все стулья и кресло, не говоря уже о письменном столе. Казалось, что ещё чуть-чуть, и вся эта масса бумаги рухнет, обвалится на хозяина кабинета, и он в буквальном смысле будет погребён под рукописями начинающих поэтов. (И однажды такое случилось, но все обошлось без летального исхода.)

Я хотел примоститься на краешке стула и собрался слегка передвинуть стопку бумаг.

– Подождите! – остановил меня окрик поэта. – Я – сам!

И, как бы извиняясь за «превышение децибела вежливости», добавил:

– Потом ничего не найдёшь. Только я знаю, где что и чьё лежит.

Он встал мне навстречу, невысокий, щуплый, но какая у него твердая ладонь, и искрометный, всё понимающий взгляд.

– И так всю жизнь, – мягкой обезоруживающей улыбкой Старшинов сразил меня на повал.

(Забегая вперед, скажу, что его улыбка притягивала меня к нему вплоть до 1996 года, когда с поэтом случился первый инсульт, и он почти не вылезал из больницы.)

Только мы приступили к беседе, как в кабинет ворвался взлохмаченный парень.

– Николай Константинович, миленький, поставьте зачет! У меня в деканате – труба!

– Хорошо, Миша, поставлю, но за тобой 150 строк!

– Обязательно… Вот вы вернётесь с рыбалки, и допишу.

Скольких молодых, талантливых поэтов поддержал НС! Скольким из них он дал «путёвку в жизнь», помог выпустить первые сборники…

После окончания Литинститута, в 1955 году, Николая Константиновича приняли литсотрудником в отдел поэзии журнала «Юность», где он проработал почти восемь лет, до ухода на вольные хлеба. Одновременно в эти же годы Старшинов возглавлял литобъединение МГУ.

Но – ох! – кто бы знал, как тяжелы эти хлеба. И в 1972 году НС, никогда не состоявшего в партии, утверждают на должность редактора альманаха «Поэзия». (Всего было издано 59 томов. Альманах прекратил существование летом 1991 года – в связи с развалом Союза и отсутствием бумаги. Ну а наша «45-я параллель» продержалась до 1994 года, правда, мы стартовали гораздо позже…)

А как тут не упомянуть о педагогической деятельности НС! В 1977 году поэт возвращается в альма-матер: доцент Старшинов набирает первый свой семинар студентов-заочников Литинститута.

И вот если представить те тонны рукописей, которые прошли через руки Мастера, то можно сойти с ума. Они просто не поддаются измерению.

Хотелось бы отметить такую особенность поэта: НС обладал феноменальной, можно даже сказать магнитофонной памятью на стихи. Стоило ему услышать авторское чтение, как он тут же начинал цитировать понравившиеся строки. А если читал с листа, то почти сразу же, с первого раза, выучивал всё стихотворение. Конечно, не всякие вирши запоминал Мастер, а только те, что понравились, приглянулись, «зацепили». А если он редактировал сборник (раз Старшинов брался за это дело, значит, ему был симпатичен автор), то мог его почти весь процитировать.

Тратя львиную долю времени на работу с молодыми авторами, НС находил возможность и для своей «писанины». И можно только предположить, сколько замыслов и набросков осталось в черновиках, не доведённых, недоработанных по причине постоянного цейтнота.

Спрашивается: откуда? как? почему? из каких глубин поднимаются, из каких корней вырастают крупные русские поэты?

Наш герой стал восьмым ребёнком в семье московского бухгалтера. Он появился на свет 6 декабря 1924 года. Именно в этот день (по старому стилю!) Православная церковь чествует святого Николая Чудотворца. Отсюда – имя будущего поэта. Многодетная семья жила дружно, но бедно. А чем было заниматься длинными зимними вечерами? Ни радио, ни денег на посещение «Синема» или театра.

Зато книги! Их было много. И почти каждый вечер вся семья усаживалась за их чтение. Читал кто-нибудь один из старших братьев, остальные слушали. Если чтец уставал, то его меняли. Как рассказывал НС, иногда читали по три-четыре часа. Вся русская классика: от Пушкина до Маяковского. Тут и Фет, и Тютчев, и Полонский, и любимый им Есенин. А также – Лонгфелло, Берандже, Гейне, Гете…. И так как эти авторы читались и перечитывались, то НС знал их тексты наизусть. И потом, уже в Литинституте, когда приходилось сдавать экзамены по отечественной и зарубежной литературе, детские яркие впечатления-воспоминания ещё как пригодились!

Родители НС – выходцы из крестьян. Отец Константин Никитич – родом из Владимирской губернии, матушка Евдокия Никифоровна – из Тульской. Крестьянское (читай – основательное) отношение к жизни Николай Константинович сохранил на все годы. Этому в немалой степени способствовало его раннее знакомство с деревней. Под Сергиевым Посадом в селе Рахманово Старшинов-старший поставил небольшую избу-пристройку, примыкавшую к другой избе. С тех пор каждое лето вплоть до самой войны младшие дети (те, кто ещё учились в школе) проводили время в деревне и жили по её законам.

В семь лет маленький Коля поймал первую щуку… Рыбалка стала его страстью до конца жизни. Второй инсульт НС поймал в рыбацкой лодке в 1997 году. Мастер завоевал такой авторитет у рыболовов-любителей, что Госкомспорт России проводит соревнования по подлёдному лову рыбы на «Кубок памяти Николая Старшинова».

На 70-летний юбилей, в 1994 году я подарил НС «Энциклопедию рыболова». Наивный человек! Кроме меня такой же подарок сделали ещё трое. На следующий год я предложил Константиновичу совершить путешествие в верховья Лены, порыбачить на тайменя. (Там жили мои друзья: художник Владимир Беляков, который четырежды иллюстрировал обложку «45-й параллели», и Александр Никифоров, член СП России, а в то время лауреат премии «Глагол»…) К сожалению, у НС начали «выползать» осколки. А как он хотел, как мечтал оказаться в новых для себя местах, отдохнуть от рукописей, телефонов и житейских забот…

А вот одно из первых стихотворений Старшинова, написанное им в двенадцатилетнем возрасте.

 

И тропинки эти мне знакомы,

И крутой уклон горы знаком.

И шумит, шумит призывно омут

Где-то здесь за ближним ольшняком.

 

Я стою у самого обрыва.

За спиною – тёмный лес застыл.

Предо мной, внизу – реки заливы,

У воды – бревенчатый настил…

 

Николай Старшинов Потом была война. Самая страшная, самая беспощадная. Он пробыл на ней всего семь месяцев. Всего?! Не дай нам Бог испытать того, что испытали Они. Старшинов попадает в пехотное училище, и через два месяца, не доучившись, в январе 1943 года на фронт. Заместитель командира пулемётного взвода. В августе, под Спас-Деменском НС в своем последнем бою получает тяжелейшие ранения ног – осколками разорвавшейся рядом мины.

Февраль 1944 года. Сержант Старшинов, демобилизованный по инвалидности, возвращается домой, а в марте поступает в Литинститут! Однако учится в нём… 11 лет.

И здесь мне хочется рассказать о потрясающем событии, происшедшем в истории нашей страны, и вряд ли кому известном. В разгар боевых действий, когда началось великое сражение под Курском, командование Западного фронта решило провести семинар фронтовых поэтов! Вы только вдумайтесь в это явление! Май 43-го. Начинается сокрушительная битва. И вдруг – поэтический семинар! Как тут не вспомнить Маяковского: «Я хочу, чтоб к штыку прировняли перо…» А Старшинов публиковал свои стихи во фронтовой газете. Его сдёрнули с «передка» и пригласили на семинар. К сожалению, он не успел на него попасть, так как семинар длился… один день. Однако факт остаётся фактом.

В 1944 году Николай знакомится в Литинституте с Юлией Друниной, которая становится его первой женой. Они прожили 13 лет в трогательной любви и дружбе, но как иногда случается в жизни, «любовная лодка разбилась о быт»…

В августе 1991 года НС был потрясён известием о самоубийстве бывшей супруги, которое на долгое время выбило его из колеи. Посыпалась одна напасть за другою. Вспомним хотя бы закрытие альманаха «Поэзия»…

А как переживал Николай Константинович из-за того, что уже одобренные и набранные сборники поэтов попали под команду: «Рассыпать!» или в связи с тем, что у целого ряда изданий пришлось срочно «урезать» тираж. Мастер рассказывал, что он забирал из типографии по 500 экземпляров своих книжек лишь за тем, чтобы дарить их с автографами.

(Вот ведь парадокс: в наши «сытые» времена такой тираж считается… замечательным. Тем более, если сборник является на свет Божий не за счёт автора, а за счет издательства. Создаётся впечатление, что издательства гнобят российскую поэзию, считая, что поэзия никому не нужна, что от неё нет прибыли. Ложь! Наглая ложь! Просто издательства ради навара не хотят работать со штучным товаром. Но Россия не может жить без поэтов и поэзии. Поэтому, верю: все образумится – поэтические сборники, начнут приносить доход, а их авторы получать достойные гонорары…)

Вторая жена Николая Константиновича, Эмма Багдонас, работала звукооператором на Вильнюсском радио. Они поженились в июле 1960 года. Этот брак оказался долгим и счастливым – на всю жизнь.

НС посчастливилось встречаться с блистательными мастерами российской поэзии, а с некоторыми и по-настоящему дружить. Среди них – Анна Ахматова, Николай Заболоцкий, Александр Твардовский, Леонид Мартынов, Давид Самойлов, Арсений Тарковский, Наум Коржавин, Ярослав Смеляков, Николай Глазков, Михаил Светлов, Владимир Высоцкий (Напомню: в альманахе «Поэзия» за 1976 год было опубликованное единственное прижизненное стихотворение ВВ!) Общался Старшинов, конечно, и со многими, многими другими известными поэтами.

Были у героя этого эссе и враги. В первую очередь графоманы, стихи которых он ни под каким соусом не допускал в печати, а также известные литераторы, совершавшие неблагородные поступки по отношению к своим собратьям по перу.

Об этих, и многих других событиях, связанных с житьём-бытьём (и творчеством) поэтов – как хороших, так и разных – НС написал в своих воспоминаниях «Лица, лики и личины», опубликованных издательством РИФ «РОЙ» в 1994 году. Как вкусно, колоритно всё там изложено! Найдите эту книгу – не пожалеете.

Когда человек живёт поэзией, то какие у него могут быть увлечения? Только поэзия! Но все же… НС нашел себе отдушину в коллекционировании перлов графоманов. Сейчас наш альманах – скорее всего, единственный раз за свою историю! – предоставит им место на нашем сайте. Ознакомьтесь, улыбнитесь… вздрогните. Но сначала – небольшой фрагмент из моего интервью с НС.

– Такие строчки… веселят! Мы даже решили (в альманахе «Поэзия» – примечание В.Л.) создать уголок графомана и отбирать туда самое, самое дубовое. А ведь как это страшно, когда человек не понимает, что он пишет. Даже любовную лирику! Однажды ответил такому горе-поэту и предложил опубликовать его стихи в… разделе «Юмор». Так что тут было! «Вы, наверное, немолодой человек, и как вам не стыдно! Я пишу о самых нежных чувствах!» Обычно графоман смешон и бездарен. И этот – не исключение. Вот его стихи, посвящённые любимой женщине. «Вкусна» называются.

 

У неё улыбка тянет губы –

Не прилипла и сошла.

Потому что моя Люба

Вся из отпуска пришла.

 

Гениально! Не правда ли? И – дальше…

 

Предъявила свои части,

Ничего не утаив.

И стоит, сияя счастьем:

Вот они – все твои!

 

И всё – в таком же духе. И самое страшное, – продолжил свой экскурс Николай Константинович, – что человек, написавший такое, не понимает, что он написал. Вот ещё один перл!

 

Тараканы глаз твоих –

По мне шарят.

Может, мне влюбиться в них –

Кипятком ошпарят.

 

А такое, – не унимался Старшинов…

 

Наша Родина прекрасна

И цветёт как маков цвет!

Окромя явлений счастья –

Никаких явлений нет!

 

И ещё…

 

Горы разломать

И растопить любые льдины

Да что скрывать, ядрёна мать:

Народ и партия едины.

 

А вот совсем замечательное, – подытожил НС…

 

Пусть в ногах стресс

И зубы выпали.

Решения XXVII съезда КПСС

Выполним!

 

Николай Старшинов (Поверьте, в адрес Альманаха-45 поступает немалое количество подобных рукописей, но ни одна из них не появится на мониторах Ваших компьютеров…)

Было у НС ещё одно увлечение – он собирал частушки. Конечно, он, полугородской- полудеревенский житель, знал их достаточное количество, но когда о хобби Старшинова узнала страна, то, как мне говорил сам Мастер, ему начали присылать частушки со всего Союза. Их число достигло 35 тысяч, не считая тематических вариантов.

В 1992 году в издательстве «Молодая Гвардия» вышли два сборника частушек «Я приду на посиделки», составленные НС. Первый, условно говоря, предназначенный для массового читателя имел, тираж 50 тысяч экземпляров, второй – предназначался для «избранного». Этот тираж составлял 20 тысяч. Дело в том, что последний вариант содержал ненормативную лексику.

Работницы типографии даже отказались его набирать, но НС вступил с ними в переговоры, прочитал кое-что из Пушкина, других отечественных классиков и пояснил женщинам, что частушка является незыблемым элементом народного творчества, а значит, неотъемлемой частью нашей культуры.

(Не следует быть ханжами. Давайте воспринимать действительность такой, какая она есть. Вот и в нашем альманахе в исключительных случаях появляются перчённые словечки, на которых тот или иной автор настаивает…)

А вот как НС отозвался о частушке: «Частушка, как и анекдот, выжила благодаря своей оперативности, лаконичности, остроте сюжетов, сжатых до предела, благодаря необычайности ситуации, озорству, высокому мастерству, а нередко и умышленной нелепости, доведённой до полного абсурда и потому вызывающей широкую улыбку».

Сейчас, я наугад выберу из книжки три частушки. Что будет, то будет.

 

Вас-то, девушки-то, много,

А тальянщик-то один.

Давайте, девушки, по разику

Тальянщику дадим!

 

Или…

 

Эх, сват, сват, сват,

Не хватай меня за зад.

Хватай меня за перёд –

Меня скорее разберёт.

 

А вот…

 

Это правда, это правда,

Это правда сущая:

Пусть сама я небольшая,

А п…а – большущая!

 

Стоит ли продолжать? Вряд ли… Тот, кому зело интересно, и сам найдёт возможность познакомиться с этой коллекцией Неугомонного Собирателя. Давайте лучше обратимся к поэтическому творчеству Мастера. Литературное наследие Старшинова составляют 43 книги поэзии, прозы и литературной критики. «Не судите, да не судимы будете», – кажется, так сказано в Великой книге. Я бы отнёс поэзию НС к жанру «тихой» лирики, в которой присутствуют три темы: война, природа и любовь. «Ребята, берегите лес!» – это последние слова, сказанные Мастером перед смертью.

 

Вячеслав Лобачёв

 

P.S. При работе над материалом автор плотно использовал книгу «Старшинов», выпущенную издательством «Молодая гвардия» в 2006 году, в серии ЖЗЛ Сергеем Щербаковым – за что ему огромное спасибо!

 

Иллюстрации:

фотографии Николая Старшинова разных лет – «заглавный» портрет поэта

работы Сергея Соседова («45-й параллель», 1991 год);
Андрей Вознесенский, Евгений Евтушенко, Булат Окуджава, Николай Старшинов;
автограф на книге «Лица, лики и личины»:

«Славе Лобачёву – от души, дружески, с пожеланиями всех благ.
24.IV.96 г. Н. Старшинов»;
обложки двух книг – «Николай Старшинов. Стихи. Частушки» и «Старшинов. Жизнь замечательных людей».

Подборки стихотворений