Михаил Анчаров

Михаил Анчаров

Михаил АнчаровИз книги судеб.  Михаил Леонидович родился 28 марта 1923 года в Москве.Отец, Анчаров Леонид Михайлович, – инженер-конструктор; мать, Евгения Исаевна Анчарова, – преподаватель немецкого языка.

Первые попытки песенного творчества – 1937 год. Написана песня «Не шуми, океан, не пугай…» на стихи А. Грина, позже – на стихи Б. Корнилова, В. Инбер.

После окончания средней школы поступает в Московский архитектурный институт, откуда уходит в июле 1941-го и вместе с Юрием Ракино, соучеником по изостудии, подаёт заявление в райвоенкомат с просьбой зачислить добровольцем на фронт. По направлению райвоенкомата поступает в Военный институт иностранных языков Красной Армии (ВИИЯКА). Учится на Восточном факультете, изучает китайский язык. Первая песня на собственные стихи – «Песня о моём друге-художнике», посвящённая Ю. Ракино. Пишет песни в соавторстве с однокурсниками. Написаны стихотворения «Завещание», «Приду!», «Обрамление жизни», а также песни (на собственные стихи) «Прощание с Москвой», «Пыхом клубит пар…», «Куранты».

Получает диплом по специальности «Китайский язык», квалификация «Переводчик первого разряда». В 1945-м направлен на восточный фронт в Маньчжурию в качестве переводчика. Участвует в военных действиях по освобождению Китая от японских оккупантов. Написаны «Вторая песенка о моём друге», «Баллада о мечтах», стихотворения «Письмо», «Тоска», «Сентиментальный вальс».

После демобилизации работает художником-оформителем, пишет рассказы.

Поступает по конкурсу на живописное отделение ВГИКа, затем переходит в Московский Государственный художественный институт имени В. И. Сурикова на факультет живописи и получает диплом по специальности «Станковая живопись».

В соавторстве с С. Вонсевером создан литературный сценарий «Баллада о счастливой любви» («Искусство кино» № 6, 1956).

Анчаров принят на работу референтом-сценаристом в сценарную мастерскую Управления по производству фильмов Министерства культуры СССР.

Журнал «Советский экран» (1961, № 15) публикует рецензию М. Анчарова на экранизацию повести А. Грина «Алые паруса».

Созданы сценарии, по которым сняты кинофильмы: «Мой младший брат» (совместно с В. Аксёновым и А. Зархи, 1962), «Аппассионата» (совместно с Д. Афиногеновой и Ю. Вышинским, 1963). Написано более двадцати песен, в том числе «Песня про деда-игрушечника с Благуши», «Цыган-Маша», «Песня об истине», «Баллада об относительности возраста», «МАЗ». Первые публичные выступления со своими песнями и первые любительские записи их на магнитофон.

В журнале «Смена» печатаются рассказы «Барабан на лунной дороге» и «Венский вальс» (1964). В соавторстве с А. Аграновским создан сценарий кинофильма «Незаменимые». Магнитофонные записи этого года: у А. М. Арканова, у И. С. Шмидт (Михайловой), у М. И. Дубровина. В последней записи участвовали также В. С. Высоцкий, И. В. Кохановский, Е. И. Клячкин.

В 1965-м журнал «Москва» публикует повесть «Золотой дождь», журнал «Юность» – роман «Теория невероятности» с рисунками автора, альманах «Фантастика-65» – повесть «Сода-солнце», а «Неделя» – рассказ «Корабли».

В январе 1966-го в «Неделе» журналисты А. Макаров и А. Асаркан публикуют запись беседы «за круглым столом», в которой участвовали М. Анчаров, А. Галич, Ю. Визбор, Л. Иванова и Ю. Ким.

По сценарию М. Анчарова и А. Аграновского на студии «Беларусьфильм» снят кинофильм «Иду искать». Написаны «Песня про радость», «Большая апрельская баллада», «Антимещанская песня», которые, по словам автора, должны составить задуманную им поэму о двадцатом веке. Выступает с исполнением своих песен на вечерах в ВУЗах, творческих клубах и домах культуры Москвы и Ленинграда.

В издательстве «Молодая гвардия» подписана к печати первая книга М. Анчарова «Теория невероятности», включающая одноимённый роман и повесть «Золотой дождь».

27 декабря 1966 года принят в Союз писателей СССР.

В 1968-м отдельной книгой издана фантастическая трилогия «Сода-солнце», содержащая, кроме заглавной, повести «Голубая жилка Афродиты» и «Поводырь крокодила». «Золотой дождь» переведён на чешский язык и напечатан в Праге, «Теория невероятности» на румынском и на болгарском печатаются соответственно в Бухаресте и Пловдиве.

В 1971-м на Центральном телевидении – премьера девятисерийного телеспектакля «День за днём» по сценарию М. Анчарова (реж. В. Шиловский, Л. Ишимбаева). В 1972-м выходит вторая, восьмисерийная часть телеспектакля «День за днём».

Журнал «Новый мир» (1979, № 9-10) печатает роман «Самшитовый лес».

В 1981-мв Париже издан роман «Самшитовый лес», переведённый на французский язык, а в 1984 роман вышел в Праге и Братиславе в переводе на чешский и словацкий.

Осенью 1983-говыходит в свет сборник романов и повестей «Дорога через хаос».

Напечатана повесть «Роль» («Студенческий меридиан», 1985, № 1-2).

Роман «Как птица Гаруда» печатается в «Студенческом меридиане» (1986, № 1-6), книжное издание – 1989.

В 1986-мвыходит в свет сборник романов и повестей «Приглашение на праздник».

Впервые в 1987-1988 годах печатаются «Песня о моём друге-художнике», «Песня про хоккеистов», «Большая апрельская баллада», «Баллада о танке Т-34…».

Отдельным изданием публикуется роман «Записки странствующего энтузиаста», завершающий трилогию о творчестве, начатую романами «Самшитовый лес» и «Как птица Гаруда», опубликована повесть «Козу продам» (1988). Газеты «Комсомольская правда», «Собеседник», «Литературная газета» журнал «Студенческий меридиан» и другие печатают статьи и интервью М. Анчарова.

В журнале «Советская библиография» (1989, № 3) помещена подборка материалов, включающая значительный библиографический указатель публикаций М. Анчарова и о нём.

Михаил Анчаров скончался 11 июля 1990 года. Урна с прахом захоронена в колумбарии Нового Донского кладбища в Москве.

 

Первоисточники:

Анчаров М. Л. Основные вехи жизни и творчества //

Анчаров М. Л. Избранные произведения в 2-х томах +СД /

Сост. В. Грушецкий, В. Юровский. – М.: Арда, 2007.

Из содержания СД: 5. Хроника жизни и творчества М. Л. Анчарова (В. Юровский)

Дополнено В. Юровским (2012 –2013).

 

Из цикла «Анчаровские истории»

«Самшитовый лес» и город Калязин

 

Недавно мне позвонил незнакомый человек и представившись сообщил, что он по профессии историк, живёт в Москве, но родом из города Калязина Тверской области. Его интересовало, как М. Л. Анчаров связан с этим городом: родился ли он там, жил ли, бывал ли там после Отечественной войны. Все эти вопросы возникли у него после прочтения романа «Самшитовый лес». Многие герои этого романа, романтик и изобретатель Сапожников, Аграрий, семья Дунаевых и даже антагонист Сапожникова Глеб – родом из Калязина.

Я ответил, что мне точно известно, что родился Михаил Леонидович в Москве, но в Калязине, конечно бывал. В Калязинском Макарьевском монастыре, затопленном в 1940 году при строительстве Угличской ГЭС, размещался Дом отдыха московского электролампового завода, на котором работал отец Михаила Леонидовича. В этом же Доме отдыха зимой устраивался лагерь для детей работников завода. Всё это, собственно, описано в романе. Всё-таки, настаивал историк, не может быть, чтобы Михаил Леонидович был там только в заводском лагере. Он сказал, что Анчаров описывает такие калязинские приметы, которые не жившему там человеку не могут быть известны. В заключении нашей беседы калязинский историк сообщил, что книга М. Анчарова «Самшитовый лес» хранится в местном краеведческом музее и выставлена там на почётном месте. Я думаю, что Михаила Леонидовича очень бы порадовало это известие.

 

Песня про танк-Т-34

 

Некоторые образы, созданные Михаилом Анчаровым, воспринимались читателями и слушателями как реальные факты его биографии, т.е. порождали мифы.

Например, в подмосковной деревне Шолохово, на Дмитровском шоссе, в 17 км от МКАД действует музейный комплекс «История танка Т-34». Там, перед зданием музея установлен один из сохранившихся танков Т-34, а на мраморной плите внизу постамента выбиты, немного искажённо, анчаровские строки.

В экспозиции музея и в проспекте-буклете есть такое сообщение: «Стихи на мраморной доске перед танком принадлежат танкисту, писателю и поэту Михаилу Анчарову».

Михаил Леонидович, безусловно, знал, о чём писал, но танкистом, конечно, не был.

Происхождение этого мифа отчасти раскрыто в романе «Записки странствующего энтузиаста». Группа литераторов в поезде вспоминает о годах Отечественной войны. Один из персонажей говорит:

– Я в войну был мальчишкой, а потом я стал лётчиком-испытателем, и вот теперь поэт...

– А я войну помню плохо, я была ещё маленькая, но я не могу забыть постоянный голод в нашей семье... Мой отец был конструктором знаменитого танка Т-34... – сказала вторая. И села.

– Ира... – говорю. – У меня есть песня про танк Т-34, который стоит в чужом городе на высоком красивом постаменте... Ира, я даже не подозревал...

А я уже забыл, как эта песня начинается. Она написана очень давно. Я попытался несколько раз вспомнить слова, но не мог. Поэтому я сказал: «Прости...» И поцеловал ей руку. Но всё-таки конец вспомнил. Там такие слова:

 

...И я на куклу не смог наступить

И потому – убит...

И занял я тихий свой престол

В весеннем шелесте трав, –

Я застыл над городом, как Христос,

Смертию смерть поправ.

И я застыл, как застывший бой.

Кровенеют мои бока.

Теперь ты узнал меня? Я ж – любовь,

Застывшая на века.

 

– Гоша, – сказала она и долго молчала, а потом говорит. –...Дай мне эти слова.

– Конечно... – говорю. А меня уже колотун бьёт. Потому что я тоже человек и не всё могу вынести…

Ира – это писательница Лариса Васильева, создавшая на своей даче в Подмосковье этот музейный комплекс. Она дочь одного из конструкторов танка Т-34 Николая Кучеренко.

 

Феномен денег

 

В том же романе «Записки странствующего энтузиаста» автор приводит следующую парадоксальную историю:

…Несмотря на все попытки понять феномен денег, я так и не знаю, зачем они. Я никогда не мог понять, почему нельзя обменять сосиски на кепку и почему я сначала должен продать кепочнику сосиски и получить от него деньги, а потом у него же купить на эти деньги кепку, то есть дать кепочнику его же деньги. В то время как гораздо проще сказать: махнемся.

Дорогой дядя, после одного рокового случая, который был описан в послевоенном «Огоньке» и который я пересказываю, как Алексей Толстой про «Пиноккио», то есть под своей фамилией, я понял, что никогда и ничего не пойму.

У метро две женщины торговали пирожками такой аппетитности, что им самим хотелось их пожирать. Одна продавала пирожки с рисом, другая – с повидлом. Всегда хочется. Всегда хочется того, что есть у соседа. Пирожки стоили одинаково – медный кружок с цифрой «пять». Это экспозиция. Дальше драма. Одна другой отдала пятак и получила пирожок с рисом. Вторая этот же пятак дала первой, и получила за него – с повидлом. Съели. Повторили операцию много раз. В результате за один пятак пожраны две корзины пирожков.

Когда их забрали – они не поняли, почему. Я до сих пор не понимаю. Феномен денег.

А вы понимаете?

 

Виктор Юровский

 

Меня мужик зарядил на веки вечные… 

Мне был двадцать один год, когда я, студентка ВГУ, поехала к Анчарову в Москву решать свою дальнейшую судьбу. Почему к нему? Потому что папа с мамой с трудом поступили меня в университет на экономику, и мне было скучно невыносимо. Казалось, я живу мимо своей жизни. А когда я прочитала книгу Анчарова «Сода-солнце», было ощущение кровного родства. Просила у родителей денег на билет – не дали. Они считали что это либо пьяница, либо сектант, хоть я доказывала им – он светлый человек. Так что денег я заняла и поехала… И он, кстати, всё это понял и прочитал у меня на лбу – что с занятий сбежала, что денег заняла… Мы с подружкой искали его по морозному городу и еле нашли на ул. Чехова. Разгорячённый предыдущей встречей с кем-то, «светлый человек» вначале накричал на меня, а потом, на другой день, говорили по-человечески.

Анчаров спрашивает:

– Ты почему такая потерянная? Ты пишешь что-нибудь?

Я говорю:

– Я мечтаю стать писателем, но у меня никак не получается.

– Думаешь, что для этого надо?

– Думаю, надо бросить институт и пойти по Руси.

Он как начал ржать!

– Тебе – бродить по Руси?! Зачем?! Ты сдохнешь!

– Я не сдохну, пойму жизнь.

– А сейчас-то чего тебе? Чего замуж не выходишь?

– Меня никто не берёт.

– А почему не берёт? Ты такая хорошая девка!

– Косая.

– Да разве из-за этого не берут!

Отсмеялся, и говорит:

– А если серьёзно?

– Ну, если серьёзно, так мне надо, чтобы был коммунизм.

– Как, сейчас?!

– Сейчас.

– А тебе кто мешает-то? Тебе никто не мешает.

– Я хочу, чтобы был у всех коммунизм, во всей стране, во всём мире.

– Ты ж не можешь одновременно быть везде. Вот где ты – там и будет коммунизм. И не надо тебе по Руси бродить. Ты зачем институт будешь бросать? Ведь ты денег заняла, поехала, ведь у тебя мать с отцом будут плакать. Ведь они тебя еле устроили в институт.

– А откуда вы узнали, что они трудно устраивали в институт?

– Так видно по тебе! Что тебя трудно устроить куда-то. Но ведь они ж тебя устроили, а ты сейчас бросишь, на каком ты курсе? Ну вот, блин, половину отучилась, теперь бросишь. Зачем? Не надо! Ты понимаешь, что вот если ты хочешь, – ты начнёшь писать внезапно. Ты вот, если хочешь, понимаешь? Как вот люди рожают? Вот попёрло, они ничего не могут сделать. Попрёт у тебя, а насильно ничего не получится. Зачем тебе мучится заранее – сейчас вот ты мешок наденешь на себя, цепи наденешь, и пойдёшь бродить. Успеешь ещё. Зачем это, не надо. Ты будешь большим писателем, вот у нас был писатель был барин большой – граф, были писатели – врачи всё больше… А ты кто у нас по образованию? Вот, писатель-экономист, – очень даже нормально. Почему нет?

Он меня вот так вот уговаривает, я говорю:

– Вы же что со мной разговариваете, как с больной? Я ведь серьёзно спрашиваю – когда будет коммунизм.

Он говорит:

– Да когда хочешь, тогда и будет. Ну, чего ты расстраиваешься? Зачем ты так волнуешься? Ведь если в тебя эта бацилла попала, зараза, она уже из тебя не выпадет просто так. Там, где ты будешь – там и будет коммунизм. И писать ты начнёшь внезапно. И ко мне привезёшь свои первые рассказы, ладно? Ты не плачь, ты выходи замуж, живи спокойно, качай детей. А когда попрёт, ты меня вспомнишь, что я тебе говорил, только ты не расстраивайся…

Если бы только знал он, как прав! Всё же сбылось! Даже писательство.

Невозможно передать, праздник начался, как будто мы вообще тут вина напились, у меня вот всё поплыло перед глазами. Я поняла, что не ошиблась, что самое главное – нет вранья между тем, что написано и тем, что увидела-услышала, нет никакого вранья, нет расстояния. Всё это одно и то же и чистая правда. Человек меня не обманул в самом главном смысле, и я получила то, что я ждала, – всё. Я поняла, что писать – это свято. И то, что писать и жить – это одно и то же. Больше меня потом ничто не смущало – я поехала строить коммунизм. Меня мужик зарядил на веки вечные.

 

Полная версия воспоминаний Г. Щекиной

опубликована на сайтах «Вечерний Гондольер» и Анчаровлиб.ру

 

Вместо постскритума

 

Анчаровское движение началось не внезапно, в течение всей жизни я встречала множество людей, захваченных анчаровскими идеями. В эпоху интернета таких людей стало попадаться ещё больше. И они, независимо от меня, объединялись по главному интересу – по любви к творчеству Анчарова. Так я наткнулась на сайте журнала «Компьютерра» на Юрия Ревича. Он был сын Всеволода Ревича, единственного прижизненного критика и комментатора Анчарова. Позднее Юрий Ревич создал сайт Анчарова, играющий большую роль в объединении читателей, поклонников творчества. Однажды «Вконтакте» мне написал человек из их числа – Александр Шитик. Он же впоследствии стал одним из главных спонсоров Анчаровского фонда. Потом присоединилась моя подруга – московская поэтесса Ирина Василькова, тоже деньги вложила. В 2010 году в день рождения Анчарова я на Донском кладбище познакомилась с его прижизненным другом – Виктором Юровским и Ларисой Кулешовой, сестрой последней жены Анчарова Ирины. Она помогает родному сыну Анчарова – Артёму.

 

Уже несколько лет существует в «ЖЖ» группа «Анчаров», многие приходят на группу «Вконтакте» «Анчаровский круг» http://vk.com/club2102141.

Инициативная группа москвичей во главе с Юровским написала прошение об установлении мемориальной доски на доме, где жил Анчаров, – Мажоров переулок, 4/8. Прошение поддержали Библиотека им Лермонтова, Центр авторской песни, литературный журнал «Новый мир»...

Отказали с формулировкой: недостаточно заслуг, признанных государством.

Оказываясь каждый год в Воронеже, я обнаруживала поклонников Анчарова и там. Это Мокей Русинов, Анна Зенкова и другие замечательные люди, организовавшие в 2011 году запоминающуюся встречу памяти Анчарова в библиотеке искусств имени Пушкина. Что удивило на той встрече – большое количество молодёжи. Библиотека в память о встрече получила роман «Самшитовый лес» и диск, составленный Юровским, на котором проза, песни и фотоархив Анчарова.

Самое деятельное участие в становлении Анчаровского фонда принял Игорь Панасенко из города Апатиты.

Конечно, нельзя не упомянуть о людях, которые провели первые анчаровские чтения в библиотеке Лермонтова. В 2010 году я познакомилась с Олегом Моисеевым, который выбрал творчество Анчарова для своей кандидатской диссертации. Именно Олег вместе с отцом, Алексеем Моисеевым, организовали в 2011 году первые Анчаровские чтения. Эти инициативы получили безоговорочную поддержку зам. директора библиотеки – Натальи Морозовой. Молодые участницы чтений проводила параллели с творчеством Платонова (Екатерина Извозчикова), сравнивали баллады Анчарова с произведениями средневековых поэтов-труверов (Светлана Надежкина), даже создали своеобразный энциклопедический словарь по основным эстетическим понятиям Анчарова (Ксения Аксёнова). Это говорит о том, что творчество Анчарова актуально и его прекрасно воспринимает молодёжь.

Анчарова любят и помнят не только в России, но и а рубежом. Приведу в пример письмо нашего американского друга Владимира Улогов – он снял на видео вечер памяти Анчарова: «В движении КСП песни Анчарова пелись, поются и любимы. Конечно с течением времени количество тех, кто знает его, уменьшается, но для того подобные программы и делаются чтобы напоминать».

Известный бард Андрей Козловский недавно записал и выпустил аудиокнигу Анчарова «Теория невероятности». Этот диск быстро расходится. Впервые возможность узнать творчество Анчарова получили слабовидящие читатели.

28 марта 2013 года в Лермонтовской библиотеке почитатели Анчарова снова соберутся вместе, чтобы отметить 90-летие Михаила Леонидовича.

 

Галина Щекина

 

Иллюстрации:

Михаил Анчаров – автопортрет;

фотографии поэта и писателя разных лет,

кадр из сериала «День за днём»;

автографы, публикации МА;

поклонники творчества, участники Анчаровского движения…

Подборки стихотворений