Мне сорок лет.

Свидетель.

Соучастник.

В тоске есть мудрость,

Что тогда тоска?

Хотелось изменить всё то, что в Божьей власти,

Но каждому дано несение креста.

Пройти свой бренный путь,

Ни разу не согнувшись,

Не сможет человек.

Столовому ножу

Не стать стилетом душ – он режет хлеб – не души,

А хлеб привык давно к горячему рожну.

И если гул затих, я выйду на подмостки, –

И свету расскажу, и станет верить свет:

И вырвется душа, и тленом станут доски:

И выведет рука на небе:

«Смерти нет!»

И вечные слова останутся на небе,

И буду в каждый дом посредством слова вхож,

И будет человек заботиться о хлебе,

И будет возвращен на кухню смертный нож...

……………………………………….

«В жеманностях жасминового чая

Нет истины. Вся истина – в вине…» –

Читать такое в двух шагах от рая

Не хочется ни грешникам, ни мне:

«О, сколько их…» – искателей причины,

Философов и прочих прощелыг:

А Истина, спасённая в овине,

Достойна ещё многих тысяч книг.

И будет так.

А лунные дорожки –

Ампельные ступени бытия:

Ещё пожить… Помучиться… Немножко…