Геннадий Лысенко

Геннадий Лысенко

После нас придёт уборщица… 
В этом – сущность бытия 
та, которая топорщится 
из-под всех округлых Я. 
В этом – выверенность правила; 
с лёгонькой его руки 
перепишем судьбы набело 
и порвём черновики. 
После нас придёт уборщица, 
обязательно придёт, 
мусор – 
если и не хочется – 
на прощанье пропоёт: 
«Жили – были… 
Что осталось-то? 
Что за память без меня? 
О делах судить – 
пожалуйста, 
о привычках – 
вновь же я…»  
И однажды подытожится 
тот же мусор в слове – прах. 
После нас придёт уборщица 
с мокрой шваброю в руках 
и застонет: 
– Надымили-то, 
а ещё писателя… 
От чернил, 
впустую вылитых, 
пухом будет нам земля. 
После нас придёт уборщица. 
После нас, 
это – когда 
не сотрёшь уже морщин с лица, 
не разгладишь – без вреда. 
После нас придёт уборщица 
(у неё свои дела), 
поворчит да переморщится, 
вняв по-бабьи, что была 
словно Золушка меж сёстрами 
наша жизнь; 
но был и миф: 
ритуалом крайней росстани 
суть бессмертья обнажив, 
сбросим так, 
как листья рощица, 
напрочь 
всё, что не стихи… 
После нас придёт уборщица 
и отпустит нам грехи.