Давид Бурлюк

Давид Бурлюк

Все стихи Давида Бурлюка

Вечер в России

 

Затуманил взоры

Свет ушел yгас

Струйные дозоры

Иглист скудный час

 

Зазвенели медью

Седина-ковыль

Пахнет свежей снедью

Под копытом пыль

 

Затуманил взоры

И уходит прочь

Струйные дозоры

Нега сон и ночь

 

Прянул без оглядки

Все темно вокруг

Будто игры в прятки

 

1910

 

Вечер гниенья...

 

Вечер гниенья

Старость тоскливо

Забытое пенье

Лиловым стремленье

Бледное грива

Плакать страдалец

Тропы залива

Сироты палец.

 

1911 г.

 

Градоженщина

 

Нет не извозчик не трамвай

Авто рычащий диким вепрем

Под зеленью бульварных вай

Громополете улиц терпим

 

СЕДАМА мчит окорока

Заградноблестким ресторанам

Вези не час вези века

Царица трепетных дурманов

 

Электрзеркалоресторан

Продажночеляди улыбкожабы

Бабукцион различных стран

Ширафы бегемоты крабы

 

И еженочь сюда столам

Мы сливки общества упорно

Стремятся толпы мужедам

Под танец похоти валторны

 

Вознесся столп официант

Белафрикон своей манишки

Утонченапетитатлант

Тошноты мутной и отрыжки

 

При входе взгляд и возглас липкий

Не постетитель общезал

Корсетебутшампаноскрипки

Я сердце музы заказал

 

Нет мне не общий Тенибак

И не селедку череп пуля

О отрицательной сюжет

Самоубийцохоля

 

1910, Москва

 

Железная дорога

 

Бросить в окошко

Мутностью пены

Забытые стены

Святыней гиены

Деревня как гнилушка

Чуть чуть видна дали

Так утлая старушка

Сифилитической пыли

 

1914

 

Мёртвое небо

 

«Небо — труп»!! не больше!

Звезды — черви — пьяные туманом

Усмиряю больше — лестом обманом.

Небо — смрадный труп!

Для (внимательных) миопов,

Лижущих отвратный круп

Жадною (ухваткой) эфиопов.

Звезды — черви (гнойная живая) сыпь!

Я охвачен вязью вервий

Крика выпь.

Люди-звери!

Правда-звук!

 

Затворяйте же часы предверий

Зовы рук

Паук.

 

1910

 

Мы футуристы

 

Мы должны помещаться роскошном палаццо

Апельсиновых рощ голубых Гесперид

Самоцветным стихом наготой упиваться

А не гулом труда не полетом акрид.

А ходить мы должны облаченными злато

Самоцветы камней наложивши персты

Вдохновенно изысканно и немного крылато

Соглядатаи горьних глубин высоты

Вдохновенные мысли напевы и струны

Нам несут сокровенно упорный прилив

Нам созвездья сияют светила и луны

Каждый час упоеньем своих молчалив

А питаться должны мы девическим мясом

Этих лёгких созданий рассветных лучей

Ведь для нас создана невесомая расса

И для нас со земли увлекли палачей.

Ароматов царицы цветочные соки

Нам снесли изощренно кондитер-секрет

Нам склоняются копья колосьев высоких

И паучья наука воздушных тенет

И для нас эта тайная пьяная лета

Вин тончайших пред ними помои нектар

Нам объятий улыбок бессменное лето

И для нас поцелуи – влюбленности дар.

 

1914

 

Наездница

 

На фоне пьяных коней закатных

Сереброзбруйные гонцы

А вечер линий ароматных

Разивший длинные концы

 

Четвероногое созданье

Лизало белые черты

Ты как покинутое зданье

Укрыто в чёрные листы

 

Пылают светозарно маки

Над блеском распростёртых глаз

Чьи упоительные знаки

Как поколебленный алмаз.

 

На гривах чёрных улыбки розы

Раскрыли нежно свои листы

И зацалованные слёзы

Средь изумлённой высоты.

 

1908

 

Поля черны, поля темны...

 

Поля черны, поля темны

Влеки влеки шипящим паром.

Прижмись доскам гробовым нарам —

Часы протяжны и грустны.

 

Какой угрюмый полустанок

Проклятый остров средь морей,

Несчастный каторжник приманок,

Бегущий зоркости дверей.

 

Плывет коптящий стеарин,

Вокруг безмерная Россия,

Необозначенный Мессия

Еще не сознанных годин.

 

1912

 

Приём Хлебникова

 

Я старел, на лице взбороздились морщины -

Линии, рельсы тревог и волнений,

Где взрывных раздумий проносились кручины -

Поезда дребезжавшие в исступленьи.

Ты старел и лицо уподобилось карте

Исцарапанной сетью путей,

Где не мчаться уже необузданной нарте,

И свободному чувству где негде лететь!..

А эти прозрачные очи глазницы

Все глубже входили, и реже огня

Пробегали порывы, очнувшейся птицы,

Вдруг вспоминавшей ласку весеннего дня…

И билось сознанье под клейкою сетью

Морщин, как в сачке голубой мотылек

А время стегало жестокою плетью

Но был деревянным конек.

 

1912

 

Приказ

 

Заколите всех телят

Аппетиты утолять

Изрубите дерева

На горючие дрова

Иссушите речек воды

Под рукой и далеке

Требушите неба своды

Разъярённом гопаке

Загасите все огни

Ясным радостям сродни

Потрошите неба своды

Озверевшие народы...

 

1910

 

Россия

 

Перед этой гордою забавой,

Пред изможденностью земной

Предстанут громкою оравой.

Храм обратя во двор свиной.

Пред бесконечностью случайной,

Пред зарожденьем новых слов -

Цветут зарей необычайной

Хулители твоих основ.

 

1914

 

Россия за окном как темная старушка...

 

РОССИЯ за окном как темная старушка

О угольки загробных деревень

Рассыпанных (гусиная пастушка,

дымяще тлеющ пень)

САМУМ И ТЬМЫ и долгих грязных далей

ПЕЩЕРНАЯ и скотская и злая

Блестинками иконными эмалей

И сворой звезд проворных лая

А я как спирт неудаачный плод

На черном мирте = неба синий рот...

 

1914

 

Темный злоба головатый...

 

Темный злоба головатый

Серо глазое пила

Утомленный родила

Звезд желательное латы.

 

1912

 

Ты богиня средь храма ...

 

Ты богиня средь храма прекрасная,

Пред Тобою склоняются ниц.

Я же нищий – толпа безучастная не заметит

Меня с колесниц.

 

Ты – богиня, и в пурпур, и в золото

Облачен твой таинственный стан,

Из гранита изваянный молотом,

Там, где синий курит фимиам.

 

Я же нищий – у входа отрепьями,

Чуть прикрыв обнаженную грудь,

Овеваемый мрачными ветрами,

Я пойду в свой неведомый путь.

 

1897

 

Утро

 

Я видел девы пленные уста

К ним розовым она свою свирель прижала

И где-то арок стройного моста

От тучи к туче тень бежала

 

Под мыльной пеной нежилась спина

А по воде дрожали звуки вёсел

И кто-то вниз из горнего горна

Каких-то смол пахучих капли бросил.

 

1914