Бронислава Волкова

Бронислава Волкова

Четвёртое измерение № 7 (391) от 1 марта 2017 г.

Подборка: Зов зеркал

* * *

 

Острота ножа обратно пропорциональна

его ширине.

По крайней мере так видится

когда он вонзается в мягкую беззащитность тела.

Но есть и другие широты другие

русла. Есть белые волны времени

есть ласковые обломки жемчужин

есть ожидания бездонные и хромые

есть плач что вытёсывает горе

не воспринимая тепло и снег.

Есть тупики есть безутешность

оставленных саней и снов

есть зов зеркал…

 

* * *

 

Бродячие сны

вздымаются над горными пиками как пар

И текут как реки

В глубинах которых блестят

Бисерные луны

Которые мы нанизываем на струны –

На струны из олова.

И на шею кладём их

И буквально

Не дышим.

Только незримыми тропинками

Пробиваемся к скользким берегам озер

И наивно опираемся на их несуществование – бытие

Пойманные в сети таинственных законов

Мы неугомонно мурлыкаем над омутом

Колыбельные песни обвитые цветами

И их мелодия в слух вкрадывается

И на дне озера луны блестят –

Луны, которые мы нанизываем на струны –

На струны из олова.

 

* * *

 

Так медленно движется время,

и ты позабудешь меня.

Время стоит, остановилось,

встало за моей спиной.

И твои руки

зачерпнули воду в ладони.

Идёт снег.

Окольцованное снежинками,

бежит

время с водой в обнимку.

В рабстве тьмы

ложится спать земля со дна,

и тяжело.

На башне пробило шесть.

Двенадцать апостолов скрылись

за дверцей изморози

и продали своё имущество,

свой пульс, своё дыхание.

Лишь оглянись –

они ещё слышны.

 

* * *

 

Я зову вечность-деву на свой обед,

как жертву водам,

как огнеопасную боль,

которая растает с весной

и растягивает свинцовый пододеяльник

целомудрия.

 

Воспоминание

 

Ночь была темна,

и неисчислимые цикады

ударяли в набат

Трава, раздувавшая ноздри,

страстно шелестела о землю,

и только поезда

без пассажиров пролетали чужим краем,

и пронзительным свистом

извещали о ничтожестве человеческих поступков.

 

* * *

 

Я ангел-пою-сопровождаю-

Являюсь тем, кто всё время

омывает свою душу в боли,

кто жаждет  гореть и зажигать.

Я прихожу, чтоб руку им

в нужде подать.

Я влажная, плавная, как божья мгла,

я вездесущая и созревшая

действовать. Однако мало кто

протянет мне руку.

Отчаянье и тень милее им, чем

жизнь.

 

* * *

 

Дома рассыпались по мечтательным улицам.

Дышат в тишину ночи.

 

Жужжит

прялка времени.

Ноги омочила в грязи.

Чью-то нить прядёт в середине.

Утренний холод пронизывает бока

и дымит огоньками невидящих глаз.

Это горячие тела поранились о душу.

 

Когда идёт дождь, я щёлкаю орешки

и варю суп с привкусом человеческих слов.

 

* * *

 

Давайте останемся в любви.

В этом нежном цветке.

В этой дикой буре.

Во всём, что есть.

В суете,

в жути,

оставляя то,

во что мы верили

и для чего работали,

что мы воздвигали целыми днями и часами

собственными руками.

Давайте оставим руки,

церкви, соборы, книги,

экстаз, жажду,

оставим клетки,

куда мы так осторожно

ежедневно запираемся,

клетки многих видов,

и форм, и значений.

Мы принадлежим жизни,

бытие в бытии,

любовь в любви.

 

* * *

 

Я – Сестра Вода,

я – свет без границ.

Моя сила седлает

законы души – законы любви.

Я плыву в лебедином мире,

радуясь, между звуками света

в пространстве…

Я тихая красота Вселенной.

Как наверху, так и внизу.

Я приношу свою любовь на землю, чтобы она пылала.