Алекс Трудлер

Алекс Трудлер

Половина вечности за спиной. Впереди 
     другая бежит клубком. Затяну 
     коростою ледяной землю, что 
     смеётся над стариком. Многие герои 
     идут ко мне. Манит их – то слава, 
     а то – казна. Я их убивал миллионы 
     дней. Я – один. Ах, если б была 
     жена. Слух дошёл, что царская дочь 
     мила, черноброва, с длинной тугой 
     косой... 
Захожу. Там девушка у стола. Сердце 
     резанула мне красотой. 
– Знаешь, дорогая, зачем пришёл? Ты 
     ждала другого, ну, тут прости. 
     Накрывай по-царски скорей на стол, 
     собери провизию для пути. Что, 
     куда отправимся? Далеко. Где-то 
     так за тридевять рек-земель, там 
     тебе не будет играть Садко, а 
     крылом помашет Горыныч-змей. 
     Бродит там избушка на двух ногах, 
     вроде бы куриных, да помощней, и 
     моя подруга, что звать Яга, ты её 
     полюбишь... 
– Скажи, Кощей, есть ли у тебя там 
     весна и сад? И укрытый ивами 
     темный пруд? Я к тебе по-быстрому, 
     и назад. Просто предки строгие 
     дома ждут. 
– Не грусти, красавица. Спору нет, тучи 
     не родят нам с тобой дождя. Но 
     зато есть горница, кабинет, 
     спальня, а ещё будем ты и я. 
Подхватил и уткою в небо взмыл, в зайца 
     обернулся. Спешит косой. Добежал 
     до первых пустых могил. 
     Поднебесный замок там над горой. 
     Поселил я милую в вышине. Высоко. 
     Чтоб витязям не достать. Вновь 
     пошли герои толпой ко мне. Царь же 
     не жалеет для дочки рать. Только у 
     бессмертия нет конца. Сгинут 
     неудачники на корню. Не покинет 
     молодость стен дворца. Я её 
     поэтому и ценю. Воевал без устали 
     – дни и дни. Даже не заметил, 
     когда устал. 
– Я вернулся, милая, не гони. Я любовь 
     и молодость защищал. 
Открываю дверь. А внутри – она. 
     Зашатался, крикнул какой-то бред. 
     Древняя старуха сидит одна... 
     Неужели столько промчалось лет?! 
     Половина вечности, вашу мать! Да 
     на что разменивать этот мир?! 
     Доберусь до острова – умирать. Вот 
     сундук, в нём заяц, косой от дыр. 
     В зайце будет утка, а в ней – 
     яйцо. Разобью яйцо, там внутри – 
     игла, принесу тебе её на крыльцо. 
– На! Ломай! 
  
...и вечность укрыла мгла. 
 

Рекомендуем стихи Алекса Трудлера


Популярные стихи

Константин Бальмонт
Константин Бальмонт «Голос дьявола»
Маргарита Агашина
Маргарита Агашина «Второе февраля»
Николай Некрасов
Николай Некрасов «Муза»
Алексей Кручёных
Алексей Кручёных «Дыр бул щыл»